Вверх страницы

Вниз страницы

Dragon Age: final accord

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: final accord » За Завесой » A moment to remember [Солис 9:34]


A moment to remember [Солис 9:34]

Сообщений 1 страница 30 из 50

1

A moment to remember

https://i.pinimg.com/originals/6d/7a/1e/6d7a1ef061b28c99ab415e937df1268d.gif
http://funkyimg.com/i/2LfUj.jpg
http://funkyimg.com/i/2LfVw.jpg

https://i.pinimg.com/564x/3d/86/3f/3d863f86ef4167a4d5d2e8d57caa9abc.jpg
https://i.pinimg.com/originals/54/f1/41/54f141430ea857aa9f98396159c1a263.gif
https://i.pinimg.com/564x/f9/f0/8c/f9f08cecade9fd97b1d13393342233a2.jpg

Eurielle — Waterfalls

"Эффект бабочки" на примере двух судеб, измененных всего одной неслучившейся трагедией.

Дата событий:

Место событий:

середина лета, солис 9:34

в глубинах лесов Вольной Марки

Маханон Лавеллан, Эллана Лавеллан
Вмешательство: нет

+1

2

Раннее утро в лесах, огибающих предгорья Виммарка, было оглушительным. Солнце поднялось меньше часа назад, окутывая влажные от ночного дождя травы и кусты зыбкой дымкой тумана, и проснувшиеся птицы среди мерцающей в длинных косых лучах зелени всех оттенков изумруда перекликались сотнями бодро звенящих голосов. Наступающий день обещал быть по-настоящему жарким — уже сейчас в воздухе висел густой и тёплый запах мшистой земли и промокшей древесной коры, нагретой солнцем. Пока ещё скрашенный ночной прохладой, задержавшейся в тенях и слабых порывах ветра, осевшей на траве каплями росы, скоро запах этот подымется выше, станет ещё горячее и крепче, разгоняя всех искать убежища под кронами деревьев и за парусами аравелей. И потому сейчас стоянка клана полнилась своим собственным оживлением и шумом переговаривающихся эльфов, стремящихся сделать как можно больше ежедневной рутинной работы до того, как полуденное солнце осложнит её.

Маханона с ними не было. Он не помогал мешать тесто для лепешек, не точил наконечники для стрел, не скрёб шкур, не чистил в загоне галл, не лазил под корабли, чтобы смазать поворотные петли — ни к чему из этого он причастен не был, и даже если хотел бы предложить помощь, то больше смущал этим и сбивал с толку, чем действительно делал что-то лучше. Это не его работа, он Первый, его дело в другом, говорили ему, польщенно улыбаясь и благодаря. Никто, правда, точно и не знал, в чём состоит это "другое дело" — но были точно уверены, что оно не здесь, не с ними. Что-то высшее, особенное, достойное одаренного, достойное лидера и будущего мудрого главы. Эта вера в него и надежность его плеча оставляла юношу в смешанных чувствах. Было и приятно, и одновременно так тревожно, словно его снова выставили за порог аравеля, где происходит что-то важное, и не пускают посмотреть, что случилось на охоте с дядей Мареном. Дешанна сегодня снова ушла на весь день с травницами, чтобы собрать про запас редкие растения предгорий — там, чтобы добраться до них, нужна была её магия, её власть над корнями. Маханон пока не умел ничего такого — медленная, искусная магия изменения живого давалась ему нелегко, и Хранительница еще не раз будет проводить его под своим руководством через все этапы колдовства, знакомя с тонкостями и воспитывая терпеливость. Потом. Сегодня он сам по себе.

И потому на стоянке его не было. Он ушёл ещё до рассвета, прихватив с собой только посох. Выскользнул из аравеля в сумеречную тишину уходящей ночи и, замеченный разве что несколькими бдящими за спокойствием ночи охотниками, скрылся за деревьями. Ну, у его "особенного" предназначения была хотя бы та хорошая сторона: никто не спрашивал, куда и зачем он идёт — если Первому надо, то, значит, надо, он сам себе лучше знает. А коль не он, так Хранительница, ответственная за него до церемонии получения валласлина. И потому его только провожали взглядами, кивая в знак приветствия, стоило таковым взглядам пересечься. Иногда Маханону думалось, что было бы лучше, если бы они хотя бы немного не чурались прикоснуться к его делам, поинтересоваться ими. Иногда — как сейчас, — за это он был благодарен. Врать не хотелось, а правду говорить — тем более. Чего такого постыдного в этой правде, он, впрочем, сам не мог сказать — но почему-то очень хотелось не кричать об этом направо-налево, оставить при себе свои попытки допрыгнуть до луны. И он будет прыгать, пока не дотянется.

За шумом сбитого дыхания он едва различал гомон птиц. Влажный мох мягкими объятиями встречал босые ступни на каждом прыжке, вминаясь под ними скользкими тёмными следами, жесткие стебельки трав хлестали лодыжки на бегу, мелкие веточки тут и там ломались с тонким хрустом. Посох за спиной — помнить, не зацепиться им, перемахивая через поваленное дерево. Ноги гудят от усталости, но всё равно — бежать, пока ещё можешь, через силу, через млеющую слабость, задыхаясь, но не сдаваясь, останавливаясь перехватить воздух и снова с усилием срываясь с места. Пока не понимаешь, что всё, хватит, и, ног этих под собой не чувствуя, проходишь последние шаги пешком и опускаешься на одно колено на травянистом берегу речушки, бесшумно тянущей воды по неглубокому, в полтора локтя, песчаному дну. Ива, выпроставшая ветви к течению, рассеивает солнце на тысячи мелких лучей, храня под своей пелериной зыбкую тень, играющую на коже и изредка покалывающую уголки глаз случайными иглами солнечных лучей, пробившегося сквозь рябящие узкие листья. Из-за тени этой трава и земля здесь прохладнее, это чувствуется коленом даже через ткань. Зачёрпывая ладонью щедро сбегающую по локтю воду, напиться ею — холодной, чуть илистой, с остаточным привкусом подземных источников в скалах выше по течению, откуда река берёт своё начало, чтобы потом, просочившись сквозь корни и набравшись сил из затерянных в гущах леса болот, сорваться в низину бурным грохочущим водопадом. Но до того обрыва было еще далеко — и вода течёт медленно, не ведая о грядущем, убаюкивающе-спокойно унося на своём зеркале мелкие листья, пыльцу и случайных насекомых.

Ополоснув плечи и торс, долиец встряхнулся, провёл ладонями по собранным в хвост волосам — и, выдернув из них застрявший за ухом листок, потянулся за заткнутой за поясной ремень рубахой, чтобы снова надеть её, упрямо липнущую к влажной коже. Коснулся пальцами буро-зеленого пятна от мшистой грязи, оставленного падением на тёмной ткани штанов, и досадливо щелкнул языком, сетуя на собственную неловкость. Замывать, наверное, без толку — только размажется, проще уж дождаться, когда подсохнет и отвалится, даром что следа почти не видно, хоть и пропахал бедром длинную полосу, оступившись на торчащей кочке. До синяка, наверное. Ну, будет умнее в другой раз, следующим утром — когда-нибудь у него получится лучше, быстрее, чётче; что ему какое-то пятно, когда раньше он себе чуть колено не выбил, вот так споткнувшись, — и, может, заодно с этим растущим умением не путаться в собственных ногах и живот перестанет казаться тянущим каменным комком, который не болит только теперь, как оглушенный, но к вечеру непременно сполна воздаст за такие над собой издевательства...
[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

3

[indent] Этим утром Эллана проснулась еще ночью. Вместе с Лайрой и Неей они договорились пойти искать цветущий папоротник. Поговаривали, что его цветение приходится как раз на эту пору и тот, кому удастся увидеть цветы в лунном свете  будет невероятно счастлив и любим. Шайдайенн, естественно, увязался за ними и всю дорогу не отходил, заботливо придерживая перед девушками ветки, прокладывая путь через высокую, влажную траву и защищая от лесных хищников: «Комаров» — подшучивали над ним подружки, но меж тем поглядывали на Эллану с плохо скрываемой завистью. Шум ночного леса, уханье совы вдалеке, аромат листвы и свежесть воздуха, еще содержащего в себе сырую взвесь только-только закончившегося дождя — Элль и внимания не обращала на друзей, поглощенная таинственным, чарующим и завораживающим лесом. Сколько не смотри на него, сколько не слушай, сколько не познавай таинств жизни, бушующей в нём, а всё равно он влечёт и манит. Вот и сейчас идея ночной вылазки принадлежала именно ей.   

[indent] Уже на рассвете стало ясно, что никаких цветов им не найти. Но никто не расстроился, лишь посмеявшись над изначально наивной идеей, ведь папоротник никогда не цветёт — всё Эллана выдумала, и просто хотела погулять ночью в лесу. Может быть, именно так оно и было — загадочно улыбалась эльфийка, но разве ощущение таинственности не принесло этой прогулке особый, мистический привкус? Разве был среди них кто-то, оставшийся недовольным? Уже засветло возвращаясь в лагерь, юные Лавеллан набрали полные котомки лесных ягод — не зря сходили, вернулись с добычей.

[indent] Мастер Араторн перехватил Шайдайенна, задержав у площадки, где собирались, готовящиеся к обучению дети, и распрощавшись с другом, договорившись встретиться чуть позже на охоте, Эллана  побежала домой, чтобы сменить намокшую ночной прогулкой одежду. Оставив часть ягод для родителей, остатками решила разбудить Маханона, осознав, что уже несколько дней не навещала его, перекидываясь лишь приветствиями при встрече. Впрочем найти его по утру было не легкой задачей! Будущий Хранитель не отличался постоянством в выборе ночлега, ночуя то у матери, то у Дешанны. Но к удивлению Элланы ни там, ни там, его не оказалось. Расспросив дежурных, она узнала, что Хано ушел из лагеря еще до рассвета и, подгоняемая любопытством двинулась следом: Как так ушел? Куда ушел? Зачем? А почему её с собой не взял? А может быть и хотел, но она ушла раньше? Хмурясь, сосредоточенно подмечая путь друга, по оставленным то тут, то там следам — вот здесь он явно упал — идя за ним, представляла себя лисичкой, преследующей зайца и смеясь от этой невольной ассоциации, вскоре всё же его нашла. Но выходить не спешила, подсматривая и выжидая подходящего момента, когда он достаточно отвлечется, задумается, чтобы можно было подкрасться к нему сзади.

[indent] — Угадай кто!? — закрыв магу, естественно почувствовавшему её приближение в этой детской игре, глаза руками весело произнесла она и рассмеявшись отпустила, спрашивая. — Гуляешь? Один? Или занят какими-то своими магическими делами? — всё так же улыбаясь, тараторила Эллана, вглядываясь в друга и пытаясь понять не помешала ли ему своим появлением.

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-01-17 16:23:15)

+1

4

Почувствовать, может, и почувствовал, но все равно под ладонями вздрогнул, ощутив прохладное и легкое касание к своим векам. Сердце предсказуемо сделало кульбит одновременно радости и волнения, и Маханон сглотнул, чисто рефлекторно вскидывая руку и, будто опознавая на ощупь, кончиками пальцев касаясь её ладоней — мельком, проскальзывая по коже на мгновение, прежде чем Эллана убрала руки.

— Элль, — улыбнулся он, поворачиваясь к ней и встречая улыбкой веселый голос девушки. Как всегда, она с самого утра светит ярче солнца, но не жжёт и не слепит — согревает, заполняя тёплой приязнью от мысков до затылка. Польщенный тем, что девушка сама пришла с ним поздороваться — и как только отыскала! ему казалось, он достаточно далеко ушел от лагеря; но специально маг не прятался, оттого, видимо, для умеющей читать метки с земли и деревьев куда лучше его самого охотницы это было простой задачей, — Маханон отвёл взгляд на мерцающую под лучами воду, помотав головой.

— Нет, я не занят, я просто... эм... прогуляться решил, да. Дешанна ушла с травницами, вот я и... пока время есть, — он кашлянул, запинаясь, не желая заострять внимание на том, что тренируется и "мается ерундой" — даже Эллане... тем более Эллане, ну что он ей скажет? После того, как Дешанна не раз отчитывала его за возню с луком, Лавеллан прекратил попытки сравняться в меткости с охотниками, хотя иногда все равно заглядывал к мастеру Араторну — опробовать новый сделанный им лук или просто посмотреть, как стреляют другие. Но этого все равно было мало. Пусть он не учился, как другие, днями рыскать по лесу, вместо того сидя с Хранительницей и учась правильно дышать, концентрироваться, общаться с Тенью — делать это своим оправданием Маханон не собирался. Быть слабее было противно. Он ненавидел в себе эту неспособность, это отставание. И тело его, бледные эти руки и тощие колени, вполне заслуживало, на взгляд мага, того, как он с ним обращался.

— А ты? — предпочел он перевести стрелки, поинтересовавшись в ответ. В самом деле, с чего бы Эллане просто так искать его? Разве не хватает у нее других дел, разве не хватает работы в клане, разве не самое время сейчас отправляться на поиски дичи? Они ведь уже не дети — ну почти нет, одна формальность осталась, — и должны вкладываться в общее дело наравне со старшими. Вот только от магии проку в этом немного, молнии только портят шкуру и мясо, если зарядить их с силой, способной убить. Стрела в этом плане гораздо толковее и милосерднее. И она найдёт свою цель в любом случае, нет нужды держать рядом мага, который замедлит и запутает зверя, взятого на прицел. Как запасное колесо в налаженном быту клана, Маханон мог только надеяться, что его умения не понадобятся подольше — что им не придётся вскорости сниматься с места из-за недоверия шемленов или что никто не получит ран на охоте. Но и там он пока будет лишь на подхвате у Дешанны.

— Что задумала на день? — уточнил Маханон вслед за своим вопросом, видя, что лука и стрел при Эллане нет. — Пойдёте охотиться? — как можно нейтральнее постарался спросить он, отталкиваясь от собственного колена и поднимаясь на ноги.
[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

5

[indent] Маханон как-то вроде и обрадовался её появлению, улыбнулся, но всё же зачем-то отвел глаза, как будто и нет, по крайней мере, сравнивая его с остальными своими друзьями, Эллана никогда не знала, что и думать. Сложно представить, чтобы ей когда-нибудь пришлось искать Шайдайенна.  Охотник всегда был где-то поблизости, разве, что вот в такие моменты оставлял её в покое и то, только потому, что ей удалось незаметно убежать. А остальные ребята всегда с ней шутили, болтали, ничего не смущались и даже заигрывали, пока на горизонте не появлялся Шайен. Но только Хано, хоть и был единственным, кто хотя бы пытался иногда огрызаться с охотником, временами отводил глаза,  словно у него есть какой-то секрет, который он не хочет ей рассказывать. Эллана вздохнула. Конечно, ей было обидно, что тот, кому она доверяла всё, что было у неё на душе, не отвечал подобной взаимностью, но ведь на то они и секреты?

[indent] — А я уже охочусь, — загадочно сказала, Эллана и замерев, в следующее же мгновение поймала Хано за талию, словно хищник схватил жертву. — Вот, мага поймала! — рассмеялась она, всё же отпуская добычу, которая как-то смутилась что ли от её таких внезапных прикосновений. — Вообще, Шайен, конечно, будет меня ждать, но сейчас он занят чем-то с мастером Араторном, а я решила узнать, куда это ты сбежал по утру. Дозорные сказали, что еще до рассвета, мм? — от вопросов об охоте Эллана легко отмахнулась, ей совершенно не хотелось никого убивать этим дивным утром, и честно говоря, она отлично знала, что Шайн справится за них обоих. А она.. ээ.. напросится ночью пойти с отцом, вот. Это всегда намного интереснее пойти на охоту со старшими! Тем более когда добыча такая большая, как волк, например, то  можно быть полезной не пуская в неё стрелу собственноручно. К тому же хищников и убивать легче, чем симпатичного зайчика или оленя, которого вроде бы, собирались загонять сегодня днем.

[indent] — Я задумала… — задумалась Эллана, поднимаясь следом за Маханоном, смахивая прилипшие травинки и прочий сор с одежда, и осматриваясь, решая вот прямо сейчас, в это мгновение, чем бы ей хотелось заняться. — О! Хочешь я покажу тебе свой секрет? Я кое-что нашла, здесь не далеко, — доверительно сказала она и, взяв Хано под руку, потянула в нужном направлении. — И еще никому не показывала! Будешь Первым, — звонко рассмеялась Элль и дружески боднула друга плечом. — Первый станет первым, вот такой вот каламбур, — смутилась она, над собственным поведением, ведь вроде бы они уже не дети и пора взрослеть, но ей так ничего не хотелось менять, что она отчаянно цеплялась за возможность вот так бродить с другом, хотя бы иногда, наплевав на разные сыпавшиеся обязанности, в том числе охоту и охотника, за которого когда-нибудь придётся выйти замуж. По крайней мере, ее маме этого бы очень хотелось. Она уже спала и видела Шайена своим зятем.

[indent] — А ночью мы ходили искать цветение папоротника! С Неей и Лайрой. Я хотела их разыграть. Два дня назад мы с отцом нашли в лесу вечерницу и я хотела выдать её за цветущий папоротник, сказав, что кто сорвет и сохранит эти цветы, тот обязательно найдет свою любовь и станет самой-самой счастливой! Ты же знаешь, они обе ремесленницы и не очень разбираются в бесполезных растениях. Это могло бы сработать! Представляю как Лайра бы целый день хвасталась другим, пока кто-нибудь ей не рассказал, что это всего лишь вечерница. Ты же знаешь, она такая хвастунья! — рассказывая свою задумку, с вдохновением весеннего ручейка, еще не набравшегося воды, чтобы стать бурным потоком, она вздохнула, жмурясь летнему солнцу и подытоживая. — Но Шайн увязался с нами, сказал, что в лесу одним опасно и он будет нас охранять. Конечно, спорить с ним было бессмысленно, а шутить и подавно. Он то знает вечерницу, а розыгрыш вряд ли поддержал, — вздохнула Эллана, смотря куда-то к себе подноги и заметив, проползающую перед ними улитку, остановила и Маханона. — Смотри улитка, не наступи, — предостерегла она, и вспомнив раскрыла катомку, висевшую на поясе. — Зато мы набрали ягод. Эти я принесла тебе.

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-01-17 16:22:32)

+1

6

Что "добытый" маг смутился — это ещё слабо сказано было: застанный врасплох игривой непосредственностью Элланы, Маханон растерянно замешкался, ощущая, как жарко прилила кровь к щекам от одного такого простого жеста, от её объятий. Потупив глаза, когда она его отпустила, он кашлянул, стараясь сделать вид, что ничего такого не произошло — благо, Эллана продолжала щебетать, не особенно-то и обращая внимание на его неловкости. А Маханон только и мог, что сглатывать и неуверенно улыбаться, словно надеясь проглотить заодно и торопливым трепетом стучащее в груди сердце — вдруг в желудке оно будет потише? — поправляя и без того не мешающую ему, привычную перевязь снова закинутого за спину посоха. Ох, Творцы, для Элль всё, что она делала, казалось, было так беспечно и просто — ну почему, почему ему от всего того же так тяжело? Словно бежать с бревном на спине, как делали на тренировках иные охотники, а он пока даже не осмеливался. Она прикасается к нему — легко, без всякой задней мысли, а у него аж подушечки пальцев немеют, стоит руку к ней протянуть. Она же чудесная, светлая и так приятно пахнет... только бы не узнала, не догадалась, что он так о ней думает. Что тоже хочет обнять — и прикасаться, прикасаться, прикасаться; теперь ему не казались глупостями это бесконечное сидение парочек у потухающего костра, их голубиная возня, объятия и поцелуи. Тогда он кривил рот, видя их тянущиеся друг к другу губы — а теперь завидовал, сам мечтая оказаться на их месте. Думать об этом, представлять себе было приятно — и немного стыдно. А быть рядом с Элланой — порой почти ужасно из-за этих всех мыслей. Казалось, стоит ей чуть ближе наклониться в своих играх, чуть внимательнее всмотреться, и она обо всём догадается — и громко рассмеётся, и будет шутить, и лукаво сверкать глазами. Зачем ей он, глупый, когда уже есть Шадайенн, и все знают, кому он сделает подношение, как только докажет своё право на валласлин. И пусть Шайн только за плечи её обнимает, сдержанно и заботливо, но как он это делает... магу от одной попытки вообразить это в своем исполнении горло пережимало. Как?!..

Но пока Эллане нравится прятаться вместе с ним от откровенно излишней порой назойливости всего такого-из-себя-прямолинейного и серьёзного Шайена — хотя маг и понимал в чём-то его стремление быть ближе к той, что так нравится ему, — Маханон и не подумает возражать. Даже если это значит, что она опять не пойдёт на охоту, что её мама опять будет смотреть косо, что мастер охотников будет хмурить брови, а Шадайенн недовольно ворчать. Последнему хватит и одной улыбки Элланы, чтобы утешиться и всё ей простить. Как сейчас хватало Маханону, знающему, что они поступают неверно, но охотно идущему следом. Вот так тебе, Шайн, сегодня она предпочла быть со мной! Но Первый куснул себя за губу и запретил себе фантазировать и додумывать лишнего, гася дурацкие и, он знал, беспочвенные надежды. Всё равно — это сейчас она здесь, потому что не хочет быть одна, потому что знает, что Маханон во всём и всегда на её стороне — а как он может иначе? — но настанет вечер, Шайенн вернётся, и Элль, за день отдохнувшая от него, легко упорхнёт вместе с охотником, спрашивать уже его, как он провёл время, где он был и что видел. И будет очередь Первого завистливо наблюдать со стороны. Наблюдать — и больше всего хотеть вот так же хвастаться своей добычей, гордо подымая голову и с ухмылкой отстёгивая от пояса тушку зайца. Только не было той добычи — заклинания давались не в пример тяжелее слежки и меткого выстрела... А может, просто он не настолько талантлив, и у Шайенна, владей он магией, и это тоже получилось бы лучше? Злость рушит структуру льда над ладонями, та осыпается на пальцы сухими холодными искрами, не удержать, не уловить. И снова сначала. Эти кристаллы и близко не похожи на звезды или цветы, пока это невнятные колкие сгустки, плохо подчиняющиеся воле молодого мага, но он упрямо будет сотворять их снова и снова, зная, чего хочет, и не отступаясь, пока не добьётся.

Маханон ускоряет шаг, на болящих от бега ногах стараясь поспеть за тянущей его вперёд Элланой. Плечом к плечу рядом с ним, улыбается, бойко шагает, то и дело вырываясь вперёд и оборачиваясь, чтобы продолжать видеть его — а ему всё залипает в глаза тонкая ткань рубашки на гибкой талии, словно рассматривает красивую свежую вышивку по краю, на деле совсем той не видя. Смаргивает, заставляя себя поднять глаза и улыбнуться дружелюбно, считая яркие блики солнца сквозь листву на её лице и едва понимая, о чем она вообще ему рассказывает. Только укоризненный вздох в адрес Шайенна злорадным теплом отзывается — ну, он-то уж точно так себя не поведёт с ней! Ни за что и никогда. Будет лучше самого лучшего. Лучшим другом, лучшим парнем. Когда-нибудь. Настолько лучше, что Эллана откажется уйти, когда Шадайенн позовёт её. Когда-нибудь... Маг вздохнул, улыбнувшись чуть яснее и опускаясь на корточки, чтобы подобрать улитку и пересадить её с тропы в густую траву под кустом, не удержавшись от соблазна помочь делу магией. Получилось не очень — бедного слизняка крутануло в воздухе и повернуло вверх тормашками, и Маханон поспешно поймал его руками, исправляя допущенную оплошность и кидая на Эллану виновато-извиняющийся взгляд.

— Спасибо, — наконец открыл он рот, чтобы хоть что-то сказать, да только взять предложенное не смог: руки от ловли улитки были в её слизи — не ахти какая идея такими лезть в котомку и вообще что-то ими есть. Приходится срывать пучок травы и растирать по ладоням, пытаясь убрать липкие следы. Ну да ничего, пожалуй, выйдут снова к речке — отмоется...
[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

7

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

[indent] День был чудесный. Птицы весело чирикали в кронах деревьев и Эллана беспечно радовалась жизни, пока другие были на охоте. Ну подумаешь, одной ученицей меньше. Никто и не заметит. А если и заметят, ну и пусть. О последствиях этой своей отлучки можно подумать потом и всё-всё искупить на ночной охоте. Пусть мясо волка и не такое вкусное, как у косули, зато зимой согревает лучше.

[indent] — Ой, — рассмеялась Эллана, когда улитка перевернулась в воздухе. Она совершенно не боялась тех фокусов, которые временами показывал Маханон, наоборот. То, что не умел больше никто другой неизменно вызывало в ней неподдельный интерес. Поэтому, взяв под руку мага, перепачканного теперь еще и соком травы, Элль повела его в сторону водопада, за которым и прятался её новый большой-большой секрет. — Здорово ты её перевернул! А меня так сможешь? Ну когда-нибудь, когда еще потренируешься. А то мне бы очень не хотелось упасть. Только немного полетать, — щебетала она, совершенно забыв, что Хано не любит, когда Эллана вот так запросто его трогает и заметив опять это странное выражение лица, смутилась отстраняясь и чтобы хоть как-то загладить вину, начиная быстро-быстро лепетать. — А мы вчера ходили на речку. Ну туда, где Шайн привязал к ветке верёвку и теперь можно раскачиваться и прыгать. Ты бы видел! Он научился делать такое сальто. Все ахнули. А ребята наперебой начали пытаться повторить. Ой и смеху было! Эврис даже трусы потерял и чуть было так и не вышел из воды. Хорошо, что вовремя спохватился. Пришлось отослать Даниру домой, чтобы принесла новые. А то он так бы и просидел до ночи в воде. Старые-то уже течение подхватило и плыть за ними было бы еще смешнее.

[indent] Эллана не была злой, ей было чуждо злорадство, но ситуацию всё равно находила донельзя комичной, хотя и пошла в лагерь вместе с Данирой, чтобы девочка не блуждала одна по лесным тропинкам. А после и вовсе запретила Шайну высмеивать Эвриса, напомнив охотнику, что и сам он  в следущий раз может точно так же остаться без трусов и тогда уже смеяться будут над ним. И никакие заверения в том, что с ним подобное никогда не произойдет, не изменили мнение Элланы: одно дело посмеяться и забыть, и совсем другое подначивать и напоминать бедному парню о произошедшем. Шадайенну ничего не оставалось как смириться и заткнуться, иначе за ужином Элль села бы с кем-то другим.

[indent] — Закрой глаза! — неожиданно попросила Эллана, когда вдали послышался шум водопада. — Ну закрой! Или ты мне не веришь? — заискивающе улыбнулась она, подходя ближе к Маханону и выжидающе становясь перед ним, притопывая ножкой от нетерпения. Было немножко странно смотреть на Хано с доверчиво закрытыми глазами, он казался ей таким напряженным и ресницы его дрожали так, словно вот-вот и он посмотрит на неё, но Эллана верила, что нет. Это же она попросила. Выждав несколько ударов сердца, рассматривая веснушки, подсвеченные солнечным лучиком, упавшим сквозь листву на нос Маханона, Элль взяла его за руку и осторожно повела за собой. До лаза, который охотница нашла оставалось совсем немного — выйти на поляну, спуститься по пригорку, пролезть сквозь бережно придерживаемые ветви и вуаля:

[indent] — Можешь открывать. Мы пришли! — сказала Эллана, на ухо Хано, словно говорила «Бу» и отпустив его руку устремилась в глубь пещеры. Туда, где вода, потоком падала вниз, создавая естественную стену между, укрывшимися в пещере эльфами и остальным миром. — Иди сюда, здесь можно вымыть руки, — поманив Маханона, Элль неосторожно подставила ладони под воду, не ожидая, что отраженные от препятствия струи разлетятся во все стороны, брызгая на неё так, что рубашка прилипла к телу.

[indent] — Ай! — с визгом Эллана отскочила в сторону, сталкиваясь с Маханоном и хохоча, пытаясь стряхнуть с рук и лица капли воды. — Ну, похоже я не только руки вымыла, — констатировала она, когда отсмеялась и подняла глаза на мага.

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-01-17 16:21:48)

+1

8

Первый неловко улыбался, увлекаемый под локоть настойчивостью Элланы, не решаясь сказать ей, что собирался вовсе не переворачивать улитку — попытавшись заикнуться об этом, но запнувшись перед лицом её восторженных фантазий. Растягивая сомкнутые губы, кивая вместо ответа с чувством смущенного жара на щеках, сам не зная, врёт или обещает не зря. Но, наверное, когда-нибудь он всё-таки попытается, даже если сейчас и не представляет себе, как это возможно — поднять телекинетической волной кого-то не слишком-то меньше себя самого, пусть даже легконогую девушку-эльфийку. Это же на что тогда якорь ставить нужно! У него и улитка-то вместо нормального движения начала крутиться вокруг себя из-за ошибки вектора, а ведь направление — это чуть ли не самая простая часть этого способа применения магии! Сам себе виноват, конечно, надо было стоять ровно, а не на корточках колдовать, небрежно держась на одних мысках. И не на запястье брать, а на локоть — без этого стремления к красивым жестам, какими они без труда получаются у Хранительницы. Реальность неравенства навыков больно щелкнула по носу осмелевшего от желания прихвастнуть собою ученика — даром что Эллана ничего не поняла и не заметила, что это была его ошибка, причем довольно грубая. Для неё вся магия была одинаковым чудом. Иногда это непонимание всё-таки оборачивалось на пользу — и Маханон не знал, что предпочитать: чтобы не видели его промахов или чтобы достижения многих недель практики не казались чем-то одинаково, досадно простым.

Покладисто слушая рассказ Элланы о приключениях на затоке реки, куда ходила купаться и развлекаться молодежь клана, Маханон следовал за ней, только неслышно хмыкая себе под нос — о ну конечно, Шадайенн не был бы собой, не сделай он какого-нибудь сложного выкрутаса, собирающего, как бусы на нитку, восторги и восхищенные взгляды. На мага так никогда не посмотрят. Первый пытался сделать вид, что ему это не важно, что он старается не для этого, но всё-таки... восхищение и радость в глазах Элланы были слабым утешением. Они были там всегда — иногда казалось, что она восхищается его фокусами уже по привычке, въевшейся за годы дружбы. Эх, если бы только она могла оглянуться — и увидеть кроме себя таких же других, застывших с открытыми ртами... Но магия, какой бы полезной не была, оставалась чужим, непостижимым, отдельным от всего занятием. И для многих не было ничего удивительного в том, что умеет Маханон, по простой причине — Хранительнице это всё удавалось ещё легче. А он просто повторял за ней, вот и всё. Все его искристые молнии на пальцах, фигурные сполохи и яркие шары энергии, гудящие силой над ладонями, оставались потайным развлечением, не для многих глаз и не в лагере, где можно случайно что-нибудь поджечь.

В секундной озадаченности приподняв бровь на неожиданную просьбу Элланы, Маханон, чуть помедлив, кивнул — и послушно смежил ресницы, крепко закрывая глаза и не подсматривая. Без капли уверенности в том, что не споткнётся сейчас и не оступится прямо в речку, он сжал пальцы на ладони девушки, позволяя ей вести себя, куда она считает нужным. Что же за секрет у неё такой? Маг, в самом деле, не ждал ничего особенного, зная, что солнечный энтузиазм многие вещи делает ярче и значимей, чем они есть — но, получив разрешение открыть глаза, с заметным удивлением огляделся, обнаружив себя в каком-то пещерном лазе, за сомкнувшимися за спиной ползучими лианами, пологом перекрывавшими проход. То-то земля под ногами на последних шагах была какая-то странная...

Он упустил момент, когда Эллана чуть ли не бегом устремилась дальше в полумрак, ныряя в него смелой рыбкой, и, только с замершим на приоткрытых губах "погоди!" протянув вслед руку, тряхнул головой и полез следом, сбрасывая с плеча посох и пробираясь под низко опускающимся сводом. В пещере шумела вода, сквозь полог которой просачивалось достаточно света, чтобы глаза быстро привыкли к легким уютным сумеркам, пахнущим сырым камнем и прохладой места, куда никогда не заглядывало солнце. Это место — и есть секрет? И что же в нём такого? Спрятаться от жары?..

От неожиданного этого толчка, расколовшего тишину звонким эхом возгласа и смеха, Маханон не удержал в руке посох — тот вылетел из ладони и откатился по камням. И Первый бы непременно потянулся приманить его обратно — с обычным, не извивающимся предметом это наверняка получилось бы сразу! — но отчего-то помедлил, зацепившись взглядом за Эллану. Кровь от увиденного жарко прилила к щекам, и сердце сделало глухой кульбит в груди — промокшее от щедрой струи водопада платье облепило грудь девушки, обрисовав все контуры до того полупрозрачно и чётко, что он мог поклясться — различил за этот недолгий взгляд, прежде чем стыдливо его отдёрнуть, опустив в пол, тёмные, темнее кожи кружки того, чего ему видеть совсем не пристало, торчащие острыми от холода воды уголками. А может, ему их услужливо дорисовало воображение? В любом случае, перед глазами всё стояло даже ярче, чем увиделось. Первый сглотнул, панически таращась в пол и силясь протолкнуть сухой комок, вставший в горле. Ох...

Часто-часто заморгав, словно пытаясь сбить стоящее перед мысленным взором волнующее видение, Маханон поднял голову, старательно глядя не на Эллану, а на водопад. Даже слишком старательно, наверное, отворачиваясь, чтобы ещё раз не коснуться взглядом, во влажно и липко стянувшем спину испуге того, что так-то она всяко догадается... Легкий румянец коснулся его бледных щек, заставляя уповать только на то, что холодная призма оттенков падающей воды и серого камня крадёт этот цвет вместе с другими. Первый рефлекторно сжал пальцы, сомкнувшиеся на пустоте вместо желанного посоха — опоры, защиты, способа куда-то деть совершенно лишние руки, — и только потом сориентировался, наконец сунув ладони под воду, наклонив их от себя, чтобы сильные упругие струи не забрызгали и его самого. Хотя, может, и стоило... остудиться, отвлечься, сделать вид, что ничего не было.

— Уютное место, — подал маг голос, отозвавшийся лёгким эхом. Он перебирал пальцами под бьющим и режущим их — терпимо, — потоком, не спеша вынимать из холода. Только холод всё равно помогал слабо. Разве что целиком туда прыгнуть, в течение, нырнуть до самой глубины... но в водопад же не кинешься — как знать, какое там дно и русло. — Только да... мокрое очень. А зачем было закрывать глаза? — наконец смог Маханон посмотреть на саму Эллану, в глаза и только в глаза, ни в коем случае не ниже. Не смотреть — и всё равно видеть яснее ясного, краснея и отворачиваясь в другую сторону. Мысли метались, стукаясь о то, что они сейчас здесь одни, совсем одни, наедине, и кровь от этого совсем не хотела остывать, упрямая и неудобная. Пара упражнений на дыхание и концентрацию могла бы помочь, да только где же ими заниматься в присутствии Элланы-то? Когда надо сесть, развести колени и скрестить лодыжки... Чувствуя, как язык присыхает к нёбу, Маханон торопливо протянул руку навстречу буквально прыгнувшему в неё посоху и сжал его в обеих ладонях, изучая лоно пещеры позади них, на безопасном расстоянии от брызг водопада. От дневного зноя, успевшего припечь кожу по дороге сюда, в таком месте и правда укрываться хорошо. Но не садиться же прямо на песок под каменные стены...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon][desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

9

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

[indent] Только отсмеявшись, Эллана заметила, что Маханону как-то не очень смешно и он вновь, замкнувшись от неё отвернулся. Может быть и зря она его преследует? Может быть пора уже забыть и отпустить эту детскую дружбу? Признать, принять тот факт, что их дороги всё дальше расходятся и ей в его жизни не место. Конечно, магия требует столько времени и усилий, сколько ни одному охотнику и не снилось, но неужели только в этом причина такой отчужденности? Или она просто перестала быть интересной? Он серьёзный, умный, умеет читать, Хранительница доверяет ему знания, которые никто более не в состоянии постичь. Куда уж ей соперничать с этим? И её шутки, наверное, кажутся ему ужасно глупыми и только в память о той детской дружбе Хано всё ещё позволяет себя увлечь. Но пока позволяет, ведь так? Значит надо пользоваться этим временем, пока и оно не ушло безвозвратно.

[indent] Избегающий смотреть на Эллану, Маханон не заметил, как она хмурилась, обдумывая, исчезающую, таяющую на глазах и стремительно просачивающуюся сквозь пальцы, детскую дружбу. А когда он вновь обратил внимание, она уже вновь беспечно улыбалась, не давая мыслям испортить этот чудный день. Как знать, сколько таких у неё ещё осталось, прежде чем Элль начнёт слышать «я занят» на предложения пойти погулять.

[indent] — Не знаю, — пожала плечами Эллана, не улавливая к чему этот вопрос. Ну попросила закрыть глаза и попросила. Просто так захотелось. Разве нужна для этого какая-то особенная причина? Сделать сюрприз? Чтобы не догадался куда она его ведёт? Наверное, да. — Это же секрет. Его ещё никто не находил. По крайней мере, до моих, здесь были только лисьи следы и то, очень старые. А значит, в этой пещере никто не живет и мы можем… — она задумалась не зная как правильно продолжить предложение. «Здесь играть» — звучало как-то уж больно по-детски. А больше ничего в голову не приходило. — Здесь нас никто не найдёт, понимаешь? — спросила Элль и поежилась. Сырость и прохлада пещеры была приятна, когда в жаркий день, спускаешься в неё чтобы передохнуть, а вот в мокрой одежде Эллана быстро покрылась мурашками. Но выходить в лес упрямо не спешила, обняв себя руками, пытаясь согреться и продолжая шутить. — Хооотя, может быть, я просто не хотела чтобы ты потом, без меня, нашёл сюда дорогу? Или отсюда! О, — одна мысль была хлеще другой и охотница сделала нарочито устрашающий взгляд, подходя к магу походкой хищника, готовившегося броситься на свою жертву. — Может быть я заманила тебя сюда, чтобы никогда больше не отпустить на волю или съесть! — но грозный образ, который Эллана стремилась воссоздать был испорчен. В самый ненужный момент она звонко чихнула и рассмеялась. — Да, хороший был план, только что-то мне холодно теперь. А здесь платье будет долго сохнуть, — она попыталась отвести мокрую ткань, но та тотчас вернулась на место, глухо хлюпнув об кожу.

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-01-17 16:21:02)

+1

10

"Ты... хочешь быть никем не найденной... со мной?" Приятно удивлённый и опалённый смущением, со сладостной дрожью сердца прилившим к щекам, Маханон потупил взгляд, неловко стараясь улыбнуться сквозь то, от чего кружилась голова. Как же легко ей давались слова, которые значили для него так много. Мы! Нас! Как же он хотел, чтобы это было правдой больше, чем просто друзья, просто погодки-товарищи по детским играм, которые для Элланы всё ещё оставались чем-то самим собой разумеющимся. Друг, она смотрит на него только как на друга, как на убежище от донимающего, хоть и завидного всем сверстницам внимания Шадайенна. И что будет, если она узнает, что он её тоже... что он... Она не сможет больше ничего доверять ему. Не будет больше этой простоты, легкости этой. Он станет только подобием Шадайенна, блеклым, смешным подобием, потому что ему не выиграть там, что может маг против уверенного, столько всего знающего, настойчивого охотника? Пусть он Первый, пусть с этим считаются, и семья его никогда не будет знать беды, уважаемая и признаваемая, и магия его всегда будет нужна каждому в клане, но... Маханон неуверенно поворошил пальцами челку, поправляя без особой на то нужды упавшие на глаза прядки. Всегда было "но". Потому что он не Шадайенн, он не может пройти прийти и гордо встать поперек — считайтесь со мной! Это даже в мыслях выглядело бессмысленно и глупо, поводом поднять его на смех. Он всего только Первый, и будет им долгие годы, разжигая по вечерам костры, присматривая за ледяными глифами в хранилищах и помогая таскать коробки — не переворачивая их при этом вверх тормашками. Нет, конечно, когда он научится, Дешанна будет поручать ему более сложные задания. Но пока... пока у него нет ничего, что могло бы поспорить с волчьими шкурами Шайенна и его разговорами о том, чтобы собрать — и все понимают, зачем! — охоту на медведя. И Эллане ни к чему ещё один ухажёр. Ей нужен друг. И не надо портить то, что у них есть, в слепой и обреченной на провал попытке достичь большего. Как бы не мечталось... как бы не рисовал себе в воображении Первый, услышав эти слова, себя — подходящим, берущим за руки, целующим на дымчатом фоне шумящего водопада... Только они, только вдвоём. Там, где никто их не найдёт. Разве позвала бы Эллана его сюда, если бы считала не только другом?..

Он видел, бросая на девушку короткий взгляд, как она ежится, в мокрой одежде беззащитная перед пещерной каменной прохладой, и прикусил губы, отчаянно размышляя, что с этим делать. И получится ли. Чуточку нервно рассмеявшись и отступив на пол-шага от изобразившей злостную хищницу Элланы, неосознанно поднимая зажатый в обеих ладонях посох, маг обеспокоенно нахмурился от её звонкого чиха, разлетевшегося под гулкими сводами. Э нет, так не пойдёт...

— Тебе в мокром лучше не стоять, переодеться надо. Возьмешь мою рубашку? Она чистая, я утром без неё... — он осёкся, чуть не сказав "бегал", но двинул горлом и исправился. — Гулял. А платье я могу подсушить. Ну, попробовать... — проще, конечно, было бы выйти на солнце, но и тогда пришлось бы... картинка Элланы в воображении Маханона, с блаженствующей улыбкой безмятежности подставляющей грудь ярким лучам, ощутилась ему так, словно это самое солнце припекало его изнутри, опаляя кожу сотней мелких иголочек и наполняя каким-то почти первобытным ужасом перед своей на это реакцией. Ох, Элль...

Маханон, присмотрев более-менее заметенный песком угол пещеры, указал на него — "Пойдём," — и, дополнительно согнав песок сосредоточенным тычком посоха, сдвинушим песчинки порывом ветра, поставил посох у стены и стянул рубаху через голову, встряхнув хорошенько и протянув Эллане. Холодок пещеры пробежал предчувствием мурашек по бледным плечам, чуть рябым от тех же веснушек, что усыпали его лицо, но Маханон постарался не поджимать плечи, а наоборот, побольше выпрямить спину.

— Мне выйти? — на всякий случай спросил он, не зная, как поступить так, чтобы не обидеть её. Друзья, конечно, но всё-таки уже почти взрослые...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon][desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

11

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

Эллана во все глаза смотрела на Маханона, снявшего с себя рубашку. Да нет же, она уже не первый раз видит друга таким. Конечно, не первый. Хотя, если бы он чаще ходил с ними на речку, то видеть обнаженный торс Первого было бы привычнее и она бы не разглядывала веснушки, которыми усыпаны его плечи, и бледную кожу, и мышцы, которых и нет почти по сравнению с Шайном, но все равно хочется потрогать. Но нельзя ведь? Эллана интуитивно чувствовала что нельзя. В этом повисшем напряжении, виной которому, наверняка был её взгляд, дотронься она ладошкой до его груди и… и ничего не произойдёт. О чем она вообще думает? Ну подумаешь парень разделся. Вот так наедине, когда никто не видит, никто не прибежит, никто даже и не знает где они спрятались.

Почему-то именно в этот момент, до Элланы дошло насколько неправильным был этот её порыв уединиться здесь с Маханоном и в какой ярости будет Шадайен если узнает. Не то, чтобы это было действительно важно, но… все думают, что скоро охотник принесёт ей шкуру, мама уже гадает, что за зверь это будет и мечтает о медведе, Варла называет её дочкой, подружки выспрашивают целовались ли они уже хотя бы раз и Элль не рассказывает им, что отвернулась и губы охотника угодили ей прямо в ухо, и как она вырвалась и убежала. И как Шайн потом извинялся, что напугал, и что да, конечно, Эллана ещё так юна. И действительно, в этом единственная причина, почему ей не хочется с ним целоваться, как делают это все парочки, сидя у вечернего костра, но он готов ждать столько, сколько потребуется. Да, совсем не таких рассказов ждут от неё подружки, завистливо рассматривая Шадайенна во время купаний.

Как вообще можно пустить чей-то язык к себе в рот? Когда он коснулся её уха, словно… словно какой-то слизняк прополз. Брр. Вспомнив, Эллана вздрогнула и качнула головой, отгоняя воспоминания и не зная, зачем вообще сейчас об этом подумала?

— Нет-нет, не уходи, в этом нет нужды, — заверила Маханона Эллана, поспешно распутывая шнуровку платья на груди и только когда полы начали разъезжаться, спохватившись отвернулась. Что она вообще сегодня творит? Её мысли запутались словно волосы и она никак не может сквозь них продраться. Хорошо хоть вспомнила, что уже не дети и вовремя отвернулась. Но все же, как легко и просто было дружить, пока не выросла грудь!

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-01-25 13:02:15)

+1

12

Маханон и сам откровенно прошляпил момент, когда уже стоило бы отвести глаза — рассеяно как-то смотрел прямо на подругу, потирая пальцами под левой ключицей отчего-то зазудевшую кожу, и спохватившись только тогда, когда Эллана сама  торопливо повернулась спиной. Вспыхнув смущением, маг старательно отвернулся, не подглядывая — Творцы упаси! — и не сразу сориентировавшись, как бы так и не повернуться, и руку с рубашкой протянуть в её сторону. Сбито дыша, он украдкой отёр тыльной стороной ладони щеки, словно это могло помешать жару изнутри так откровенно обжигать их. За спиной шуршала ткань, и Маханон догадывался, что он там сейчас увидел бы... видел же — хоть и издалека, когда парни постарше таскали младших на секретное "посвящение", подсматривать за купанием девчонок. Было ужасно неловко и совестно как-то, но любопытство горело огнём, да и нежелание ещё дальше отбиваться от коллектива и становиться ещё большим изгоем мешалось под ногами. Зажмурившись, маг попытался прогнать стоящие перед глазами картинки происходившего на озере, и невольно задержал дыхание, когда ощутил, как Эллана сзади осторожно потянула из его пальцев рубашку, вместо неё вложив своё подмоченное платье. Уфх...

Когда наконец поворачиваться стало можно, Маханон коротко глянул на стоящую перед ним в немного свободной, но только уютнее от этого смотрящейся рубашке — ей так идёт; да ей всё идёт, наверное, оттого и смотрится так приятно. Двинув горлом, маг вытянул руку в сторону, и из-под стены в неё прыгнул крупный камень — очень больно ударил в ладонь, слишком много силы вложил Первый, кое-как умудрившийся не зашипеть и только чуть поморщившись, быстро присаживаясь на корточки и принимаясь выцарапывать на свободном от песка месте рунический круг с вязью символов. Закончив, не отпуская камня, приложил кончики пальцев к тонким неровным наружным линиям и медленно вздохнул, прикрывая глаза. Вытягивая силу из той реальности, чувство которой было только у него, впуская в этот мир, заставляя рисунок наливаться рыжевато-белым свечением, плавно поднимающимся над ним пляшущими языками полупризрачного огня, разбегающегося по всем завиткам и полоскам рун, словно вода по желобкам, отображаясь на камне печатью яркой, чёткой, куда более ровной и насыщенной, чем получилось выскрести от руки совершенно не подходящим для этого орудием. Несколько искорок оторвались от общего мягкого и бесшумного горения, мушками слетелись к центру, где постепенно нарос и наконец вспыхнул почти настоящий огонь — уже не дымчатая рябь над линиями, но живое пламя, такое же рыжее и горячее. Маханон открыл глаза и, не отнимая второй руки, быстро доцарапал скрещещущим краем камня ещё несколько знаков, запечатывающих вложенную энергию. Вот так — теперь ему не нужно ничего держать, и пламя само по себе погорит какое-то время. Достаточное, чтобы им вдвоём согреться...

Присев на песочный коврик и кивком пригласив Эллану сесть рядом с собой, маг вытянул ноги мимо огня, раскладывая платье девушки у себя на коленях. Разглаживая там, где было мокрое пятно; ладонь его замирает, вздрагивает — от понимания, что именно он гладил бы, если бы... замявшись этой какой-то совсем неуместной — ну неуместной же! — параллели, Маханон глянул на Эллану, снова неловко прокашлялся и прикрыл глаза, пытаясь сконцентрироваться на том, каким платье было до этого. Ничего необычного, он проделывал подобное не раз, чинил то, что было порвано, даже восстанавливал сожженный Хранительницей платок, но... Успокоить дыхание не получалось, перед внутренним взором так и вставали бессовестно чёткие контуры облепленной мокрой тканью груди девушки. Дерзко, дразняще — сбивает сердце с места и так и тянет прикоснуться, мягко накрыть ладонью, ощутить в ней эту полноту. Маг с усилием сглотнул, пресекая собственные расползающиеся мысли, возвращая их к обыденному — к ткани, к платью... её платью. Ткань спереди лежит чуть свободной складкой, и так легко представить...

— Н... наверное, лучше всё-таки над огнём посушить, — окончательно смутился Маханон, понимая, что так дело не пойдёт. Сердце так и бьётся, даже кажется, что слышно со стороны. Он поерзал на песке, подтягивая ноги, и плавным движением ладоней поднял платье с колен — вернее, оно поднялось само, вспорхнуло, вытянутое тщательно направляемой энергией. Проплыло по воздуху — и повисло над волшебным костром, горевшим бездымно, но создававшем вполне ощутимый поток горячего воздуха, который не только чувствовался на щеках контрастом с холодком пещеры, но и надувал теперь подол платья, сквозь него добираясь до мокрых пятен спереди. — Так оно толковей получится, — прокомментировал своё решение парень, коротко глянув на Эллану и улыбнувшись ей уголком рта — прежде чем снова старательно всмотреться в платье, чуть пошевеливая ладонями и сосредоточенно изображая деловитость.[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon][desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

13

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

[indent] Аккуратно сняв платье, Эллана не оборачиваясь протянула его за спину, думая что Хано заберёт и вложит ей в руку рубашку, но этого не произошло. Удивлено подняв бровь — заснул он там что ли? — она осторожно глянула через плечо, упираясь взглядом в затылок. Наверное, маг поступил правильно, хотя Элль и показалось, что это излишне. Словно она не переодевалась, а делала что-то постыдное и неприятное, что ему не хотелось видеть. А меж тем Эллана точно помнила тот случай на реке и драку, которую затеял приревновавший Шайн. Можно подумать что не охотник был зачинщик этих смотрин, наверняка же сам всех подбил и Хано в том числе. Зачем же тогда драться и ревновать? Хотел похвастаться? Вот и радуйся. Но Шайенн, когда она вновь начала с ним разговаривать после произошедшего, сказал, что это Первый на него накинулся, а сам охотник только ответил тем же. Эллана не поверила. Трудно было представить себе ситуацию, в которой Хано затевает драку.  Но всё же. Может быть спросить у него об этом? Что-то же тогда между ними произошло.

[indent] Забрав рубашку и вложив в руки друга намокшее платье, Элль задумчиво разглядывала его напряженную спину, затягивая шнуровку на вороте, впрочем не слишком сильно, разве что только для того, чтобы слишком свободная одежда не съезжала с плеча. Было странно. Сухая ткань, прилегающая теперь к коже, хранила остатки тепла, и пусть Хано заверял, что рубашка чистая, но она всё равно успела впитать в себя запах хозяина. Эллана уловила его одеваясь и теперь специально принюхалась, чтобы проверить не показалось ли ей. И это было приятно. Странно. Но очень приятно. Так приятно, что Элль покраснела, устыдившись и понимая, что как-то не так она себя сегодня ведёт. Так, как совершенно не положено вести себя долийской девушке, у которой и без мага, уже самый завидный ухажер.   

[indent] — Я оделась, можешь повернуться, — сказала она, и улыбнулась стоило заметить излишне румяные щеки Первого. Да и у нее, наверное, сейчас не лучше. Можно подумать, что у них и правда есть повод краснеть. В детстве-то они не раз видели друг друга голышом и это ни как не мешало проводить время вместе и не становилось помехой для проказ. А теперь… почему всё вдруг стало таким сложным, что оба смущены.

[indent] Наблюдая за тем как Хано чертит камнем какие-то символы, Эллана отошла подальше, чтобы не мешать. Удивительно все же уметь вот так своей волей призывать предметы, разводить огонь. Была бы она одна, ей пришлось бы выходить, собирать хворост, составлять костёр, высекать искру. Маг же просто начертил круг, повелел огню быть и вот уже можно подойти и погреться.

[indent] Сев рядом с Маханоном на песок, Эллана скрестила ноги, словно собиралась медитировать. Ей казалось, что у друга все получается настолько просто, словно магия — неотъемлемая его часть, сама суть, призвание, которого у неё нет и никогда не будет. Странно даже вспоминать, что когда-то им мечталось о том, как они вместе ходят на охоту, выслеживают добычу и возвращаются в лагерь с волком или даже медведем. А потом оказалось, что у неё убивать рука не поднимается, а Хано — маг и по лесам её водит уже Шайдаенн, высмеивающий когда-то их детскую дружбу, а теперь ревновавший к ней. Словно то, что она будет с ним дело решённое и нужно просто выждать время. Как на охоте: выследил, дождался момента, схватил. И вот ты уже самый большой молодец. Так и с ней. И, наверное, это будет даже не плохо. Шайн — быстрый, ловкий, красивый, всегда выручает и приходит на помощь, даже охотится за неё. О чем ещё можно мечтать? Никто даже не спросил, нравится ли он ей. Конечно, нравится! Как может быть иначе? Подружки только и щебечут о том, какая это удача! Хотя Эллана и не пыталась доказать обратное. Да и не знала что. Как может быть не приятно когда тебе уделяют внимание, когда не надо выискивать момент, чтобы поболтать, когда не нужно выслеживать, куда ушёл, когда только обернись, а Шайн уже рядом всегда готовый угодить, подставить плечо. Но иногда его настолько много, что задыхаешься, словно рыба, которую выкинули на берег и заставляют бегать.

[indent] — Я давно хотела тебя спросить, но все не решалась, — осторожно издалека начала Эллана, поглядывая на друга краем глаза. — Помнишь, вы с парнями подглядывали за тем, как мы купаемся? Ну в прошлом году, — пояснила она, забирая в ладонь горстку песка и пропуская её сквозь пальцы. — Почему ты тогда напал на Шайна? Он клянётся, что ты первый начал.

+1

14

От этого невинно-вкрадчивого подхода к вопросу Маханон застыл и сглотнул, задержав остекленевший взгляд на мерно колышущемся подоле платья и боясь даже покоситься на Эллану рядом. Давно хотела спросить? О чём это? Испуг жаром прилил к щекам, сердце екнуло в желудок, вынуждая мага вдвое против обычного сосредоточиться на этом простеньком потоке силы, удерживающем невесомое почти платье над огнём, вцепиться в него мыслью, чтобы не потерять власти над происходящим. Ни один хороший вопрос на его памяти эдак исподволь не начинался, и в этот раз интуиция тоже не обманула парня. Смущенно потупив взгляд в пламя и всё ещё пошевеливая ладонями — больше всё-таки для того, чтобы изобразить деятельность, нежели от действительной необходимости поддерживать заклинание, — он одновременно ощущал и облегчение от того, что Эллана не спросила чего-нибудь более сокровенного, и неловкость от поднятой темы. Тогда объясниться за себя маг так и не смог — Эллана не оставила ему ни шанса, объявив бойкот и отказываясь разговаривать. А когда она остыла — уже как-то и не хотелось напоминать о произошедшем. Уж Шадайенн, надо полагать, подобной тактичностью не страдал и за себя успел наговорить всякого... Маханон пожевал губы, не сразу подбирая слова для ответа. Сокровенное не сокровенное, да только...

Шадайенн знал всю правду о чувствах мага. Не только он, в общем-то, все так или иначе считали, что Эллана ему нравится, и попытки прикрыться дружбой с детских лет при всей настойчивости не были убедительными. Но только Шадайенн находил какое-то особое удовольствие подтрунивать над "соперником" из-за этого — временами, когда Эллана не слышала, доходило до откровенных издёвок. Как и в тот раз. И как бы не хотелось Маханону залепить ему молнию между глаз... что ж, по крайней мере, тогда он обошёлся просто кулаком. Украсил охотнику скулу синяком, но и сам поплатился полудюжиной таких же — Шадайенн был крупнее, сильнее, и успел отыграться с запасом, прежде чем их растащили. И всё равно, как бы больно не было потом, Маханон сделал бы так же ещё и не раз, доведись такому повториться.

"Смотри-смотри, пока можешь. Запоминай хорошенько. Только этим и останется тешиться, когда я возьму её, — ехидная пауза в свистящем шепоте, говорящее прищелкивание языком, — в жёны. Эй, Таэль, подвинься, Маханону не видно. У парня, может, последний шанс полюбоваться на эти хорошенькие сиськи, а ты обз..."

— Я ударил первым, да, — не стал отрицать маг, хмурясь от этих воспоминаний. — Потому что он говорил плохие вещи. Про то, что женится на тебе и... ну... — парень засопел, замявшись и совершенно не горя желанием уточнять. — Он получил за грязный язык.

Ябедничать, пересказывая, что и как сказал дурак-охотник не особенно-то хотелось. Они разобрались со всем ещё тогда, обменявшись тумаками, и год спустя нашептывать Эллане про то, какой Шайн плохой и противный, было ничем не лучше собственно Шайновых заверений, что вся вина лежит на Первом. А он не хотел быть, как Шайн.

— Если услышу такое снова, врежу ему ещё раз, — хмуро сообщил Маханон, подытоживая, и, бросив наконец короткий взгляд на Элль, буркнул исподлобья. — Извини...

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon][desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

15

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

Эллана внимательно смотрела на Маханона, подмечая, что как-то не очень легко ему даётся ответ на вопрос, который не казался таким уж сложным —  почти год прошёл. Достаточно времени, чтобы остыть и обдумать произошедшее, и начать говорить об этом спокойно. Сначала она и слушать ничего не хотела. Злясь не столько на то, что парни устроили драку, сколько на само подглядывание, хотя и у самой рыльце было в пушку и однажды, поддавшись на уговоры девчонок, с которыми делила аравель, Элль так же оказалась в кустах среди подглядывающих. Но ей самой за себя стало настолько стыдно, что она зажмурилась практически сразу же и ничего особого не разглядела, за что над ней потом ещё долго подтрунивали, называя недостаточно взрослой. Ну что ж, может быть это и было так, и именно в этом кроется причина той дистанции, которую она предпочитает держать и нежелание миловаться с Шадайенном, не понимание того, как вообще можно выйти замуж и смирение с той необходимостью, что когда-нибудь придётся. Все выходят. К тому же это такое везение, что парень, подобный ему, обратил внимание и вновь и вновь доказывает, что всю жизнь будет оберегать её так же как и сейчас, поддерживать, и даже если понадобиться так и будет охотится за двоих, чтобы ей не пришлось никого убивать. Разве это плохо иметь рядом такого преданного и заботливого мужчину?

— А что плохого в замужестве? — пробормотала себе под нос Эллана, глядя на хмурого Хано и искренне не понимая названную причину и что такого в ней грязного, чтобы ударить, а главное, разве это было неожиданностью? Ей казалось, что Шайн успел растрепать о своих намерениях уже всем и каждому. Мама так вообще спала и видела когда наступит тот благословенный день, когда дочь свяжет себя клятвой Уз с сыном лучшей подруги. Иногда Эллане казалось, что Ланайя мечтала об этом всю жизнь, уже беременная смотрела на темноволосого малыша охотника и думала: «Какой миленький! Вот будет у меня дочка, обязательно отдам её за него замуж». И конечно же когда так и случилось не могла сдержать радости и гордости за дочь. Пусть даже та ещё не повзрослела достаточно, чтобы осознать и оценить насколько ей повезло!

— Но… — замялась Эллана, подбирая слова и осторожно дотрагиваясь до руки друга, переплетая как в детстве их пальцы, словно очередная шалость только что была раскрыта и ей страшно одной выходить и сознаваться. Как тогда, когда они случайно, играясь подожгли ковёр, потушили, а взрослые всё равно заметили чёрное пятно и ударивший им в нос запах гари. Трудно такое было не заметить. Трудно было не догадаться, кто виноват. Но выйти и сказать: «Это я» было труднее вдвойне. И вот сейчас, признаваться было так же трудно и страшно. И дело было даже не в странностях реакции Маханона и почему тогда на реке произошла драка, а в том, что Элль не хотела, чтобы она повторилась. Чтобы там такого грязного Шайн не наговорил о своих на неё планах, хотя ей и в голову ничего такого не приходило и она все ещё не понимала, что могло настолько разозлить мага, чтобы он ударил первым, но важно было это остановить. Сделать так, чтобы по-дружески желая добра, Хано не пострадал, чтобы больше не ходил весь в синяках, чтобы это непонятное ей соперничество не закончилось для него плачевно.  — Это ведь и правда произойдёт. Рано или поздно, но Шайн женится на мне. Я думала, ты знаешь, как и все.

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-02-01 14:19:58)

+1

16

Эллана, ну конечно же, его мямленье поняла по-своему, и Первый ругнулся про себя на свой неловкий язык. Ну а как ей сказать? Как вообще... Она совсем ещё не понимает ничего, не думает даже. Что выйти замуж за Шайна — это не только... но и... Вон, как Вирейна прошлой осенью. А теперь... представив Эллану с таким же животом, растягивающим платье, с которым даже подняться тяжело, Маханон зажмурился и помотал головой, прогоняя дурацкое видение. И соображения, которыми делился Шайн... всё это накладывалось на то, что обсуждалось вечерами в аравеле и у костров с парнями постарше, и холодило магу душу. Что он может сделать, как это остановить? Никак. Все ведь и так знают, что она...

Маханон едва ощутимо вздрогнул, когда Эллана взяла его за руку, и поспешно поднял пошатнувшееся от его невнимательности платье повыше над огнём. И только затем, выдохнув, сжал свои пальцы на её ладони в ответ, снова переводя взгляд на Эллану. Этот детский жест был таким простым, таким лёгким, но значил для него сейчас так много... она даже не догадывалась, как ему хочется запомнить сейчас каждый момент — когда они вот так вместе сидят у огня, рука в руке, и никто не видит, чтобы подумать лишнего или разозленно вторгнуться меж ними, отвоевывая её внимание себе. Жаль, такие моменты быстротечны. Смогут ли они сидеть вот так, когда она...? Захочет ли...

— Я знаю, — выдавил Маханон, взглянув исподлобья, и чуточку нахмурился. — Но я всё равно буду на твоей стороне. И если Шайн будет говорить что-то плохое или делать плохо, я ударю его снова. Я не позволю ему обижать тебя, Элль, ты всегда знай это, — Первый очень сосредоточено и серьезно смотрел на девушку. — Я буду рядом. Обязательно.

"Хотя бы так... хотя бы в этом." А перед глазами всё так и стояло видение рук Шайна, лапающих всё то, о чём он говорил в кустах, тискающих её безнаказанно, потому что его право, он муж... и языком вот так, как Аравир рассказывал... Охх. Девушкам что, и правда это так приятно? Осознав, что смотрит в эти секунды совсем не в глаза Эллане, Маханон залился краской и стремительно отвернулся к пламени, не посмев только выдернуть руку. Сердце шумело в ушах частыми ударами, сошедшее с ума от этого беспокойства. Порой её присутствие рядом, её прикосновения, мысли о ней становились все вместе нестерпимо большим, чем он один мог вынести — словно замёрзшим тянешься к очагу, а тот не греет — опаляет тебе руки...
[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon][desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

17

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

[indent] Эта дружба была самой прекрасной, что есть в её жизни, хотя и далеко не единственной. Эллана дружила со всеми. Ей одинаково нравилась компания смешливых девчонок или серьёзных, мнящих себя взрослыми мужчинами, парней. Она любила оставаться за старшую с малышней или помогать пожилым. Элль всегда была где-то там, где радостный смех разносился над лагерем, перебивая пение птиц и грохот посуды, которую оттирали после трапезы и подготавливали для новой. Быть нужной, для всех хорошей и всеми любимой — стремление, которому день ото дня эльфийка посвящала всю себя, даже после охоты находя силы с головой окунуться в жизнь лагеря, выслушать и поддержать, обнять, донести ведро родниковой воды, помочь раскатать лепёшки или сорваться в лес вместе с травницами. Но в этой суматохе собственного радостного мельтешения из нескончаемых дел, улыбок, историй и веселья, тем ценнее было вырваться в тишину общества задумчивого Маханона, который уже давно не подбивал её совершить что-нибудь интересное и запрещённое, а, наоборот, так же как сейчас замыкался в себе, отворачиваясь, больше слушая, чем рассказывая что-то. И даже ответ на казалось бы простой вопрос, получился у него каким-то скомканным и непонятным. Словно он замолчал что-то очень важное, но разве в праве она допытываться и расспрашивать о том, о чем Хано решил не говорить? Каким другом для него будет, принуждая рассказать то, что ему не хочется? Защищать и оберегать. Пусть даже она и вовсе не нуждается в защите, а Шайн и сам ни за что её не обидит. Но разве может Элль отказаться от таких светлых и греющих душу порывов лучшего друга?

[indent] — Я знаю, спасибо, — улыбнулась она, вскользь касаясь щеки Хано губами и устраивая голову на его плече, наблюдая за шевелением пламени. Говорить больше ни о чем не хотелось. Казалось любые слова случайно ворвавшиеся в этот уютный момент, полный тепла не только и не столько от костра,  могут нарушить его, сломать и унести безвозвратно туда, где память бережно хранит воспоминания. А ведь сколько ещё таких у них осталось? Каждый раз вырываясь из лагеря, ускользая из-под чуткого взора Шайна, чтобы провести хотя бы пол дня вместе с магом, Эллана боялась, что больше уже и не получится. Нет, охотник совсем не запрещал ей с ним общаться, но в его присутствии или когда он бродит где-то рядом, зыркая на них из-под хмурых бровей — это совсем не то. А представив охотника в этой пещере рядом с собой Элль поморщилась. Он не вмещался, казался чужеродным, слишком ярким для этого тихого сокровенного места и где-то внутри живота закопошилось желание чтобы Шайн никогда-никогда не узнал про неё.

[indent] — Я больше никому не расскажу об этой пещере, и ты, пожалуйста, не рассказывай, — попросила Эллана поднимая на Маханона глаза и не зная как объяснить ему это своё желание, да и разве она должна? Почему бы и правда, пещере спрятанной от взглядов зарослями можжевельника и плюща, не стать их очередным маленьким секретом, которых в детстве они придумывали великое множество! Каждый день находя, что скрывать от взрослых или других детей, но со временем те тайны потеряли свою актуальность. Но, может быть, самое время завести новые? — Пусть будет нашим секретом, убежищем о котором никто не знает.

+1

18

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/83345.png[/icon]Его сердце оказалось где-то между тем, чтобы остановиться и одновременно — разогнаться до таких пределов, чтобы прорваться через рот и выскочить из него. Чуть влажное прикосновение губ к щеке разбежалось мурашками по коже, и маг замер без движения, не зная, как и вдохнуть-то рядом с нежно придвинувшейся ближе Элланой. На какой-то момент это заняло всё его внимание и мысли, и маг только чудом каким-то, судорожно спохватившись, успел рывком переместить начавшее падать платье девушки к себе и поймать его — благо, пламя уже немного опало, постепенно исчерпывая вложенную в него силу, и не задело подол. С трудом сглотнув и всё ещё чувствуя зудящее на коже касание её поцелуя — вот так наедине это было почти как... как будто они не просто друзья, а тайно встречаются здесь, чтобы никто не знал, — Маханон проверил ладонью нагретую ткань, с трудом понимая, сухая она или всё ещё влажная. Но уж наверное получше, чем просто...

Маханон медленно, чуть прерывисто выдохнул, молясь, чтобы Эллана не обратила внимания — хотя с головой на плече, жгущей и тяжёлой, как булыжник, разве может она не слышать его сердца? Сошедшее с ума, стучащее как молот кузнеца, оно мешало ему дышать, и голова начинала кружиться то ли от этой суматохи чувств, то ли от нехватки воздуха. Элль, ну что ты делаешь? Зачем?.. В горле сухо першило, сколько ни старайся сглотнув, и жарко Маханону, несмотря на обнаженный торс, было совсем не от пламени костра. В животе всё свернулось жгучей взволнованной улиткой, и каждый вдох и выдох Элланы рядом он различал почти оглушающе отчетливо.

"Только нашим секретом?.."

Это было одновременно восхитительно и радостно ему — быть в чём-то впереди Шайенна, делить с ней что-то особенное, только их, быть её отдыхом и опорой, быть выбранным, — и мучительно, как нельзя, как не должно быть. Как может он вот так оставаться с ней рядом, только вдвоем, и не хотеть, чтобы... чуть-чуть наклонить голову, коснуться губами щеки, носа... губ, когда она поднимет голову и ответит ему — наверное, он задохнётся от счастья в этот самый момент... Он покосился в сторону Элланы — только чтобы увидеть, что лицо её, вопросительно смотрящей, так близко, что сердце на подскоке ёкнуло, и Маханон, испугавшись собственного желания и этой близости, судорожно дёрнулся назад — выскальзывая плечом из-под головы Элланы и угодив взамен на это в сети жгучего стыда за её расстройство. Словно ему не нравится то, что происходит. Так ведь нет же, нравится! Очень! Обнять обратно? Нет! Он не... Но...

Губы его изогнулись, словно парень хотел сказать "прости", но слова застряли в горле, и он, замявшись, прокашлялся, нервно то опуская, то вскидывая взгляд.

— Т-твоё платье... подсохло уже, похоже... на, посмотри, — ухватился Маханон за другую тему и сунул остывшее платье в руки Элль — одновременно ненавидя себя за то, что говорит, словно хочет побыстрее забрать свою рубашку и уйти. Нет, не хочет! Совсем не хочет отсюда уходить, хочет остаться с ней — наедине, навсегда, ему больше никого другого не нужно и видеть не хочется... Не хочется возвращаться в лагерь, где снова будет Шайенн, который не боится обнимать, который заметный и сильный, и маг снова затеряется в толпе среди всех, только наблюдая весь вечер, как Эллана смеётся с кем-то и болтает, рассказывая о чём-то с горящими глазами... Наблюдать, ненавидя чёрную тень Шадайенна подле неё, и снова надеяться, что завтра, может быть, завтра что-то изменится... Как-нибудь не так страшно, как ему самому представлялось. Как-нибудь...

— Й-йесли надо, я могу еще... кхм, подсушить. Подержать... ну, — маг повёл рукой в сторону пламени, которое становилось всё бледнее и слабее, и потянулся коснуться царапин на камне, снова призывая энергию той стороны на помощь своему желанию и заставляя огонь вспыхнуть выше и ярче. Беззвучное горение этого огня в пещере казалось каким-то совсем не уютным. Стоит, наверное, собрать и запасти хворост там, где песок посуше. Так делали в лагере — большущие костры, на которых готовили еду на весь клан, стояли на вычерченных в земле, выложенных камнями кругах и знаках, и, опираясь на волю мага, пламенем своим съедали совсем не так много дров, как могли бы, горели дольше и ровнее. Голое магическое пламя не только выдыхалось быстрее, но и не давало пище должного аромата и вкуса. Но и не дымило, конечно. А будет ли хорошо уходить из этой пещеры дым?..

Разобравшись, наконец, с платьем, тем и занялись — набрали еловых лап и выстелили ими угол поверх сметённого магией Маханона песка, натаскали хороших, сухих и толстых веток, и целый ворох лиан, с которыми никакие колючки не страшны, и можно даже полежать, не чувствуя холода камня. Да, это место будет их укромным — сколько бы не осталось времени. До конца лета? До зимы? Когда Хранительница и хагрены решат, что они достаточно задержались на этом далёком от людей месте? Когда ещё через три, пять, может, семь лет они снова сюда вернутся... вспомнят ли они вообще, что когда-то вот так проводили дни наедине?.. Когда просто делали что-то вдвоём — всё казалось как прежде, и Первый спокойно улыбался, слушая солнечное щебетание своей подруги, поднимая магией собранные ветки — не потому, что тяжело, а просто же так веселее, когда они сами плывут впереди по воздуху. И что будет, если вынуть из кучи одну из них?.. А если вместо огня запустить под потолок пещеры шаровую молнию — и зачарованно смотреть, как в темноте разбегаются от неё сотни невидимых на свету фиолетовых сполохов...

В лагерь вернулись вместе с темнотой — Маханон чуть позади, Эллана впереди с собранными по ходу дела грибами в сумке: наткнулись недалеко от пещеры на нетронутую поляну лисичек. Как раз сгодится в похлёбку, докипающую к ужину на кострах. Эллана ушмыгнула туда, помогать и суетиться, быстрее, чем маг успел моргнуть — ускользая от вопросов и внимания подружек. Шайенн появился позже — но вместо ответов получил только сунутую в руки миску: не болтай, лучше помоги почистить! Маханон с тайным злорадством наблюдал за этим из тени аравеля Хранительницы, где мог провести время в тишине и помедитировать над разложенными дощечками символов. Видения сегодняшнего дня здорово сбивали его с толку — и больше всего донимал вопрос, что значила вся эта затея с тайным местом. Как же ему хотелось, чтобы что-то в ней было не просто так...

Но вечер в собравшемся на ужин клане тянулся как обычно. Вокруг Элланы — подружки и Шадайенн с его дружками, а Маханон где-то в стороне, рядом с хагренами, не пытается даже втиснуться в этот кружок — что он будет там делать? Разговаривать не хочется. А Шадайенн, наоборот, сегодня усердствует, словно соловья проглотил — и Эллана слушает, глядя на него с внимательным лукавством... Тяжело вздохнув — еда не лезла в горло, — Маханон отставил миску и поднялся с бревна, ныряя в темноту за пределами круга костра и лишь мотая головой на какой-то полетевший в спину удивлённый вопрос. Не хочется это всё видеть, аж тошно. А сегодня, наверное, всё привиделось ему — что Эллане с ним нравится, что ей хочется... досадливо отбил ветку куста с пути, и та ответила прошедшему магу по спине, заставив поморщиться.

Ходить по тропам тихо он не особенно-то умел — да и не старался, отчего Инар вынырнул ему навстречу из кустов быстрее, чем маг успел подняться на утёс, где нёс дозор один из охотников и помогающий ему в этом сын. Со смехом ухватив друга за предплечье, Инар оттащил его в сторонку, чтобы не мешать болтовней слушающему лес отцу. От того, что он увидит и заметит в своём бдении, меняя место по нескольку раз за ночь, зависит не только безопасность клана — но и завтрашний путь охотников: где ночью ходили волки, там долийцам делать уже нечего. А еще — чтобы папа не видел и не ворчал на то, что сын перебивает аппетит лепешками со сладкими яблоками, которые ему приносит друг в обход общей доли. Как раз вперемешку с уминанием одной такой Инар и рассказывал сейчас Первому о виденной в лесу охоте волков на лося — ух и зрелище было, когда его гнали вдоль реки, отец даже разрешил подобраться поближе, чтобы посмотреть! Сидя на том же камне, но, в отличие от бойкого друга, не ерзая и не болтая ногами, Маханон слушал и улыбался, чувствуя, как отпускают сердце сжимающие когти-тиски. С Инаром было просто. Так же когда-то было и с Элланой, когда они были "только друзья", и его не терзали мечты обо всяких нежностях. Но теперь...

— Что-то ты смурной сегодня, — блеклая, тихой радости этой улыбка не обманула проницательного дозорного, и он пристально сощурился, наклоняясь к магу и вглядываясь в его лицо. — Что стряслось? Опять что-то нечаянно сжёг на тренировке?..

— Нет, — вздохнул Первый, опуская взгляд. — Я просто...

Вытянуть из него детали случившегося днём Инару не составило труда — он умел задавать вопросы и получать на них ответы даже от невнятно мычащего и тяжко вздыхающего мага, который и таить от друга ничего не хотел, и рассказывать боялся, избегая слов о пещере. Дослушав, охотник красноречиво возвёл глаза к небу и снова опустил взгляд на Маханона, помотав головой.

— Когда ж ты уже ей честно признаешься? — вздохнул он, укоризненно взглянув на мага. — Ну серьезно? Сколько уже тянешь? И чего толку молчать? Или ждешь, пока ей кто-нибудь другой доложит за тебя?

— Тск... Только не говори, что это будешь ты, — фыркнул Маханон, морща брови.

— Не буду, — повёл головой Инар. — Точнее, не хотелось бы, но, милостью Творцов, придётся, если ты и дальше будешь вот так ковылять, как подстреленный заяц, — охотник изобразил шаткую походку двумя пальцами по камню.

— Не посмеешь! — разом испугался и возмутился маг, чуть ли не съехав с камня из-за того, что рванулся, взмолившись в попытке переубедить. — Инар, ну правда...!

— Что правда? Что ты ходишь, как в воду опущенный, а сам пальцем о палец не ударишь? Да улей тебе на голову, Маханон! Вот не понимаю я — ну чем ты хуже Шадайенна? Почему нельзя просто подойти и сказать: Эллана, я тебя... —вмм-хумм! — Маханон, вспыхнув, обеими руками закрыл другу рот, не дав договорить.

— Ну ты еще к костру это выйди прокричи! — прошипел Первый, одновременно негодуя и чувствуя толику облегчения от этих заверений.

— И выйду! Может, хоть так ты перестанешь вздыхать и корчиться, — сдвинув его руки со своего рта, возразил Инар. — Ну правда, почему ты даже не попытаешься? Не понимаю! Будешь дальше молчать — Шайенн так и станет перед ней на колено, и уж тогда точно ничего не изменится!

— Тебе-то откуда знать, — пробурчал Маханон, нахохлившись, словно облитый водой тетерев.

— Оттуда и знать! Нет, серьезно, Маханон, не в моём орлином зрении дело, но на минутку — ты что, думаешь, она просто так весь день напролёт с тобой была, не с Шайенном? Что, ей больше делать нечего? Серьёзно, не видишь? Пф, ну даёшь! Разуй глаза, ну хоть немножечко! — за этими словами последовала недолгая возня: Инар попытался раскрыть другу глаза вручную, переведя разговор в шуточную потасовку.

— Я боюсь, Инар, — вздохнул, наконец, Маханон, когда "разутие глаз" отложилось по техническим причинам: оба запыхались до ничьей и угрозы вдвоём свалиться на землю. Пришлось заключить перемирие, чтобы усидеть где были. — Что, если я скажу, а...

— Если, если, если! Если ты так и будешь сидеть и трястись до весны, пока она не скажет "да" Шайенну — от этого легче станет? Сделал всё, что смог, повздыхал в сторонке? Ну Хано, ну! — укорял Инар, ткнув друга в плечо кулаком. — Дурак ты и не лечишься. Хы, и сам это знаешь, да? По глазам вижу!

— Тебя иногда прибить мало, — простонал Первый, не зная, куда деваться и от стыда за свои чувства, и от разбуженного словами Инара негодования, и от досады понимания, что друг-то прав. По-своему, не зная всего, прав. Не зная, как это совсем не легко, когда Эллана рядом. Когда не то что слова — сами мысли не застревали на полпути, обжегшись страхом будущего, которое казалось неизбежным, оглушающе рокочущим впереди. Она не поймёт его. Только больше расстроится, если он начнёт, как Шадайенн...

— Меня надо не бить, меня надо кормить и слушать, — наставительно поднял палец охотник, принимая нарочито умный вид. — Ты для неё не пустое место, Хано. Я это вижу, да все это видят. Шадайенн это видит! Думаешь, он просто так на тебя зубы скалит? Не боялся бы, не пытался бы подвинуть. Даже он тебя соперником признает, а ты сам себя — кем? Ты же Первый! Ты же круче всех — ну, не круче меня, конечно, но я-то не претендую... Хотя, знаешь, может, и стоило бы? Она же красивая девушка, всем нравится и не ленивая к тому же...

— Прекрати, — смеясь, вернул тычок Маханон.

— Не-не, ты дослушай! На кухне помогает, с охоты без добычи не приходит, за малыми посмотреть — тут же пойдёт, не отлынивая...! — охотник старательно загибал пальцы, пока не потряс перед другом сжатым кулаком. — Я прям задумался, может, и мне такая нужна? Против меня-то у тебя точно шансов не будет! Никаких. Ни-ка-кусеньких.

— Инар! — бессильно возмутился пытающийся сдержать улыбку маг.

— Что Инар? А у самого-то глаза заблестели сразу, а, а? Эх ты... Любовь забирает лучших из нас! — взъерошив другу макушку, трагически провозгласил охотник, вскидывая руку ко лбу. — И превращает в сущих идиотов!

— Вот посмотрю я на тебя, когда сам так влюбишься... — проворчал Маханон себе под нос, не в силах прогнать сдавшую его с потрохами дурацкую улыбку.

— Ха! А вот и не влюблюсь!

— А вот и влюбишься!

— Спорим?

— Спорим! Погоди, а на что? — спохватился маг.

— На твою свадьбу, — зубоскально подначил охотник. — С Элланой твоей любимой, конечно. Вот увидишь, как только, так сразу!

— Тьфу... дали же боги в друзья такого остолопа!

— Да уж небось по мерке-то подбирали! — не остался в долгу Инар, и оба рассмеялись.[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

19

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

Это был чудесный день и Эллана, напевала себе под нос весёлый мотивчик, пока чистила, найденные в лесу на обратном пути грибы.  Она была счастлива. И хотя многие моменты оставили за собой привкус горечи, зато другие были совсем как раньше, будто бы ничего между ними и не изменилось в  последнее время и можно было вот так провести день только вдвоём. Болтать без умолку обо всем на свете: о журчании воды, отблесках солнца на неровных стенах пещеры, фиолетовой паутине нитей шаровой молнии под самым потолком и не думать! Не думать о том, как же обидно было, когда Хано вот так отстранился, словно она сделала что-то настолько постыдное, что и права теперь не имела до него дотрагиваться. Но ведь не было же ничего такого в просьбе сохранить пещеру в тайне? Или было? Неужели это её желание настолько неправильное? Может быть и правда не стоило ставить Маханона в такое неудобное положение, Шайну не понравится, что она опять с ним сбежала, а уж узнай он где они были вспыхнет как лучина. И, конечно, Эллана не могла этого не понимать. И Хано, наверное, тоже потому и отстранился, что это не хорошо — все вокруг считали её невестой охотника, а она все никак не повзрослеет и не поймёт, как подобает вести себя приличной невесте, которая между прочим ещё и согласия-то не дала. Но даст же? Куда денется, конечно, даст. Можно подумать у неё есть какой-то выбор. Не оставаться же одной. Да и мама расстроится.

— Вот ты где! А я весь день тебя ищу, — Шайн, как всегда, подкрался незаметно и Эллана вздрогнула, словно он мог услышать её мысли, но хвала богам таких способностей у него все же не было.

— Как хорошо, что ты пришёл! — поймав его «я требую объяснений» взгляд, Элль быстро передала охотнику нож и плошку с грибами. — Набрала в лесу, помоги, пожалуйста, мне надо сбегать переодеться. Я в миг вернусь! — пообещала она, словно бабочка вспархивая с насиженного места, мимолётно целуя Шайна в щеку, зная, что этот манёвр позволит ей избежать вопросов ещё на какое-то время.

А переодеться и правда стоило. Платье, хоть и высохло над костром, но всё равно хранило в себе следы, проведённого в лесу дня и особенно ягод, которые они, лёжа на подстилке из лиан и веток, закидывали в рот, соревнуясь кто больше сможет поймать и Эллана специально щекотала Махонана, чтобы у него получалось хуже и ягоды падали на платье, оставляя пятна сока. Вспомнив об этом, она вновь давольно хихикнула, входя в аравель и сталкиваясь нос к носу с Лайрой:

— Тебя Шадайенн искал, — мечтательно пропела она, пытаясь переплести волосы каким-то новым чуднЫм плетением, кем-то нарисованным для неё на листе бумаги.

— Да, я знаю, он меня нашёл, — кивнула Элль, протискиваясь внутрь и с интересом заглядывая к соседке через плечо, рассматривая картинку. — Хочешь я тебе помогу?

— Давай, — улыбнулась Лайра, протягивая схему. — Какая же ты счастливая, Элль! Вот скажи мне, что нужно сделать, чтобы тебя так полюбили?

— Не знаю, — Эллана лишь пожала плечами, разбирая волосы подруги на прядки и внимательно переплетая, как было на рисунке. Она никогда не старалась привлечь внимание Шадайенна, это получилось как-то само собой,  незаметно для неё, словно гром с ясного неба. Да и особо счастливой по этому поводу себя не ощущала, хотя внимание охотника было приятно, и всеобщая радость, оживление и даже, положа руку на сердце, вот такие завистливые вздохи подруг, но если бы на месте охотника был кто-то другой Элль не чувствовала бы себя менее или более счастливой.

— Ты бы видела его сегодня на охоте! Загонщики гнали к нам оленей, а Шайн одним выстрелом завалил его, представляешь! Сохатый и выбежать на поляну ещё толком не успел, а он уже стреляет! — восторженно щебетала Лайра, сложив руки на груди.

— Шайн это умеет, да, — как-то между прочим кивнула Эллана у которой не очень получался сложный элемент и она переплетала его уже не первый раз.

— Как-то ты не очень им гордишься.

— Очень горжусь, просто ты меня отвлекаешь. Ты же не хочешь, чтобы я закончила плести косу на твоём носу? — виновато улыбнулась Элль, хотя и не понимала чем именно должна гордится. Тем что охотник охотится? Или тем, что Шадайенн такой меткий стрелок? Но разве его гордости не хватит за двоих? И разве соловей гордиться тем, как хорошо исполняет трели? А пчела тем, как ловко собирает пыльцу? Каждый из них что-то умеет, иногда умеет лучше, чем другие, но это не повод задирать нос.

Причёска Лайры отняла слишком много времени и девушки вышли из аравеля уже перед самым ужином. Себя заплести Эллана не успела, лишь наспех пригладив волосы, которые теперь нещадно спутывал ветер. По пути они забежали к мастеру Араторну, где виноватая Элль в очередной раз пообещала больше не пропускать охоту и напросилась пойти со старшими в ночь, выслеживать волков.

Шайен как всегда занял ей место подле себя и уже вовсю развлекал собравшийся народ, рассказом о неслыханной меткости. Надо отметить, что получалось у него куда как красочней, чем у Лайры и история обрастала такими подробностями, что любой сказочник позавидовал бы охотнику в умении заливать и приукрашивать действительность. И Эллана, конечно же слушала тоже, рассматривая его горделивый профиль и подмечая как смешно Шайн выпячивает грудь, словно вот-вот начнёт по ней бить «Я! Я! Это всё я!». Она хихикнула, представив себе как бы это на самом деле выглядело, и охотник начал рассказывать ещё выразительней, словно самого себя хотел перещеголять.

— Смотри, Фенина! У неё уже такой большой живот, как будто она прям сейчас родит, — зашептала Эллане на ухо Нейя, отвлекая её от россказней Шайна. — Мне сегодня повезло быть рядом, когда малыш начал толкаться! И Рейна разрешила потрогать..

— Да? И как тебе? — подхватила разговор Элль, пользуясь случаем и выискивая глазами Маханона. Он почему-то никогда не садился есть с ними. Вот и сейчас, куда-то пропал. А может быть вообще не выходил к ужину.

— Элль, принести тебе яблочную лепешку? — загородил ей весь вид заботливый Шайенн, немного обиженный ускользнувшим вниманием и стремящийся заслужить его вновь.

— Да, пожалуйста.

— Шайн, а спроси будут ли сегодня танцы? Хотя бы немножко! Может быть согласятся нам поиграть? — крикнула ему в догонку Лайра.

— Ты, знаешь, очень ощутимо. Рейна говорит, что иногда даже больно бывает… — продолжала рассказывать Нейя, но Эллана уже не слушала. Она заметила с каким трудом пожилая Лейя тащит сумку, собранную для дозорных и подорвалась следом за ней:

— Я сейчас вернусь, только помогу, — кинула через плечо подружкам. Она догнала Лейю очень быстро, буквально за несколько шагов и забрала тяжелую ношу:

— Давайте я отнесу. Вы итак сегодня много работали. Идите посидите, отдохните, — Элль махнула рукой в сторону своего места и добавила как бы между прочим: — Там Шадайенн сейчас яблочные лепешки принесёт.

Сумка не показалась Эллане такой уж тяжелой и она легкой поступью долийской охотницы пробиралась сквозь заросли в поисках дозорных. Они всё время меняли расположение и Элль лишь примерно знала в какой стороне в это время Марьенн с сыном, да и не торопилась, наблюдая за притихшим к ночи лесом. Несколько дней назад она слышала крики птенцов совы и теперь высматривала гнездо в ветвях деревьев — подсмотреть, хотя бы одним глазком! Но сегодня они увы молчали. Только вдалеке раздалось хлопанье крыльев и одинокое «уху», прервало трель цикад и жужжание насекомых.

Эллана не знала как долго блуждала по лесу, прежде чем услышала знакомые голоса и узнала Инара и Маханона. «Так вот куда ты подевался!» — улыбнувшись подумала она и словно споткнувшись о собственное имя резко остановилась. Конечно, подслушивать не хорошо, но как устоять перед таким соблазном?
«О чём, о чём они говорят?» — она осторожно подошла чуть ближе, вслушиваясь в беседу друзей.

Когда до неё начало доходить, что именно она слышит, ей показалось что в лесу в миг закончился воздух. Эллана осторожно, чтобы не дай боги и листочек под ногой не шелохнулся, прислонилась к дереву, почти не дыша. Это что же такое получается? Хано как и Шайен влюблён в неё? Но почему тогда сторониться? Почему не скажет правду? Боится? Чего? Она же не кусается! Хотя может быть и стоило теперь его покусать. Но Инар не дал Маханону договорить и был по-своему прав: весной Элль и правда собиралась сказать «да». Все ждали от неё этого решения и она не видела смысла отвергать охотника. Но Хано… а что Хано? Может быть это и несерьезно всё! Может Инар просто шутит над ним. Сам не знает, что говорит. Мелит чепуху! Если бы это было правдой, то Маханон обязательно рассказал ей! Они только сегодня целый день провели наедине. У него была масса возможностей хотя бы намекнуть. А слышать это вот так — случайно — очень обидно. Словно Инару маг доверяет больше. Будто бы не она ему теперь самый близкий друг.

На словах о свадьбе Эллана решила, что у неё нет больше сил слушать. Она расстроилась, была зла, смущена, обижена и вряд ли понимала, что теперь делать и как смотреть в глаза Маханону, зная секрет, который сам он не решился ей доверить. И хуже всего, что она совершенно не представляла, что теперь с этим делать. Подслушать такую тайну казалось очень низким и гадким поступком, омерзительным как личинки, которых добавляли в кашу в голодные годы. И теперь Элль словно стала такой личинкой. Не удивительно что Хано ей ничего не рассказал. Она бы тоже себе не рассказала. Но и выйти к ребятам — «Эм, привет, я все слышала, простите» — было не позволительно ровно настолько же, как и уйти ничего не сказав. Пережить. Подумать. Переварить. Отдать уже эту демоновскую сумку, и дернул же Фен’Харел за неё ухватиться, и сбежать подальше пока её не заметили, а там уже будь что будет.

Так Эллана и сделала. Она тихо-тихо, чтобы не потревожить чуткий слух Инара, попятилась и вернулась на звериную тропу, по которой шла. Раз охотник здесь, то и отец его бродит где-то неподалёку, а значит нужно только найти его и бежать домой. Зарыться там под одеяло и никого не видеть и не слышать. Ни с кем сейчас не разговаривать. Никак не выдать, что узнала больше, чем хотела бы знать. «Хотя нет, почему?» — от мыслей собственных села на поваленное грозой дерево, чтобы перевести дух. Разве не нужно ей было знать, что Маханон любит? Разве он был ей неприятен? Наоборот. Ближе Хано у неё друга не было. Но теперь, наверное, все изменится. Теперь-то она знает. Вот только что же делать с этим знанием? Получается, что он не знает, что она знает. Да и не хочет ничего. Шайн стремится обнять, поцеловать, быть рядом. А за Хано приходится бегать самой. Её объятий он и вовсе как огня боится. Это всё потому, что любовь? Инар, наверное, всё-таки что-то напутал. Не может быть любовь такой. Когда любишь, разве не хочешь быть всё время рядом? Объятий? Поцелуев?

— Эллана, а ты чего здесь сидишь? — спросил появившийся словно из-под земли дозорный.

— А? Я? — Элль чуть было не свалилась с дерева, настолько не заметив его приближения, что не сразу и осознала кто и зачем обращается к ней. — Я принесла вам ужин, вот возьмите, — она отдала Марьенну сумку и виновато улыбнулась: — Долго искала вас, присела на минутку и задумалась.

Звучало, конечно, не очень убедительно, но мужчина не стал допытываться и Эллана была ему за это очень благодарна, пожелала спокойной ночи на посту и побежала в лагерь. Но мечте о том, как она скроется в аравеле, чтобы обо всем подумать в тишине и одиночестве, сбыться было не суждено. Стоило выйти к кострам, как Шайн сразу заметил её, устремляясь на встречу, хмурясь сквозь улыбку и по-хозяйски обнимая, увлекая к танцующей молодёжи. Такой молодец — организовал девчонкам танцы. Лайра, надо думать, в восторге.

— Шайн, я не хочу танцевать, у меня голова болит, — пожаловалась охотнику Эллана, пряча лихорадочный блеск в глазах, из-за всех сил стараясь сдерживаться и не искать Маханона. Вышел ли он за ней следом? Вдруг они с Инаром всё же заметили её присутствие? А может это была только шутка? Дозорный услышал, что она идёт и подбил друга разыграть любопытную девушку? И теперь они где-нибудь наблюдают за ней и хихикают.
— Давай, хотя бы один танец. Я целый день тебя не видел, — упрямился охотник и словно вспомнил, нахмурившись спросил. — Кстати, а где ты была днём? Мы ждали, а потом пришлось идти на охоту без тебя.

— Я.. эм..эээ — промямлила Эллана, отводя взгляд. Ну не врать же? А правду сказать и бури не избежать, тем более теперь, когда она знает.. — Шайн, давай завтра? Я правда очень устала и у меня болит голова. Проводи домой, пожалуйста.

Наверное, Элль и правда выглядела болезненно. Охотник сжалился, поджимая губы и ревниво щуря глаза, но мучать вопросами не стал, лишь проводил, как она и просила. Но остаться наедине с собственными мыслями получилось не скоро. Нейя, словно только её и поджидала, выплескивая всё, что накопилось за день и переживая о том, что старше на год, а жениха так и нет, что она никому не интересная серая мышка, и вот бы Элль дала ей какой-нибудь совет, как понравиться парню. Как будто Эллана понимала в этом хоть что-нибудь. Так понимала, что даже не заметила, как осталась без лучшего друга.

*****

Эллана не видела Маханона уже два дня, старательно избегая даже показываться ему на глаза, изводясь стыдом за свой поступок. Она должна была дать знать о себе, как только услышала разговор парней, но не сделала этого. Так хорошие друзья не поступают. Ей бы не хотелось, чтобы и Хано однажды подслушал о чём она говорит с подружками, когда их никто не слышит. Впрочем ни о чем таком не говорит, но кто знает, может быть когда-нибудь начнёт? Но вряд ли нежелание Элль встречаться с другом было замечено — эти дни её почти не было в лагере. Прогуляв с магом целый день, наплевав на обязанности и долг перед кланом, она сама же себя и наказала, беря дополнительную нагрузку везде, где только могла. И даже ночью выходя со старшими охотиться на волков. Но меж тем не переставала думать. И мысли эти нельзя было назвать лёгкими.

Получается, что у ревности Шайна всё же есть основания? И один из дружащих и не дружит вовсе. Может ли она теперь, зная о чувствах мага, оставаться с ним, не чувствуя вины перед охотником? Наверное, поэтому Хано ничего и не говорит ей — не хочет ставить в положение в котором придётся выбирать и выбор этот нельзя назвать легким. Хотя казалось бы нет ничего проще, но Маханон ничего не спрашивает, ничего не просит и ничего не обещает. Всё это лишь домыслы Инара и она как не старается вспомнить, заветных слов из уст Хано так и не слышит, а значит… Ничего не значит. Нужно поговорить с Маханоном и разрушить все сомнения, и может быть и остатки дружбы, за которую так тщетно цепляется. Поэтому Эллана и улизнула из лагеря, проспав от силы несколько часов после ночной охоты. Нейя слышала когда помогала с завтраком, что Первый уйдёт на целый день в лес — ему собирали с собой еду, и теперь охотница шла по следам мага, зная лишь примерное направление. Но чем ближе подходила, тем меньше решимости оставалось.

Что будет если она спросит: «Маханон, а ты правда меня любишь?». Что он ответит? И что делать ей с этим знанием? Может быть оставить всё как есть? Им было так хорошо вместе! Зачем всё портить? Как такой диалог вообще будет выглядеть:

— Маханон, а ты правда меня любишь?
— Нет.
— А, ну ладно, показалось.

Если не говорит сам, то может и на вопрос не ответит. А если ответит «Да»? Что она будет делать если Хано скажет «да»? У неё ведь уже есть Шайн…  лучший охотник.

Подкравшись к полянке, на которой на широком высоком камне сидел Маханон, Эллана не спешила выдавать своё присутствие, набираясь сил и собираясь с мыслями, разглядывая сосредоточенный профиль друга. В одном Инар был точно прав — он не пустое место, а очень значимая и весомая часть её жизни. Отказаться, отвернуться, не общаться только потому, что Шайн ревнует — немыслимо и невозможно. Словно руку оторвать. Они всегда были вместе. С самого детства и Элль не мыслила, что может быть иначе. Скучала. Ждала. Искала его. Надеялась, что они всё так же могут быть близки, не смотря на кажущееся отчуждение, которому теперь нашлось совсем другое объяснение. Она не перестала быть интересной, а наоборот. Вот только теперь и сама боялась выходить на поляну и рушить то, что между ними ещё оставалось неуместными вопросами. Но может быть… если Маханон и правда этого хочет, она ещё не сказала Шайну «да». Не принимала от него шкуру и ничего не обещала. Может быть и она… Связать жизнь с Хано. С другом. Не с охотником, которого так любит её мама, а с магом, которого та просит избегать и раз за разом Эллана игнорирует эту просьбу. Ведь игнорирует? Потому, что он для неё важен. С ним интересно. С ним так хорошо, как с Шайном никогда не бывает.

Осторожно, шаг за шагом ступая по мягкой зелёной траве, Элль подкралась к Маханону со спины и собравшись с духом обхватила, громко восклицая:

— Опять попался!

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-04-10 17:45:19)

+1

20

Птичьи трели наперебой звенели в мерном, потрескивающем шелесте высоких ветвей на ветру, и звук этот уже не казался юному магу таким истошным и раздражающим. Он мешал раньше, да — беспрестанно отвлекая, впиваясь в уши, выгоняя мысли, — но сейчас глубокое ровное дыхание и надежность плоского камня, прохладного в падающей на него лёгкой древесной под скрещенными в позе лотоса ногами, привело Маханона в чувство единства набегающей волны, перед которой нет берега, нет предела, который остановит и заставит откатиться. И он сам отчасти был этим щебетом, этим шелестом, этим свистом, и отрешённо улыбался тому, что слышит вокруг. Медитация наполняла его приподнятым чувством, схожим с возможностью сразу же, с места, с одного толчка подняться в полёт, — чувство нарастающей стремительности и в то же время полного контроля над собой, на передовой, на гребне, возглавляя события, подобно наполненным ветром парусам аравелей. Власть над своей силой, покорно несущей его сейчас на себе, словно смирная, заботливая галла — та волшебная из детских сказок, что скакала быстрее ветра по лесам и горам, что поднимала героев к самым звездам в небе, помогая твориться добру. Словно скользишь над самой водой, едва задевая пальцами гладь, по которой бежит кругами рябь этих касаний; вдыхая глубоко и ровно, полной грудью, тянуть на себя эту близкую энергию и позволять ей окутывать себя мерцающей пеленой по коже, плясать тонкими искрами вдоль кистей и пальцев, чуточку их покалывая, изредка срываясь короткими разрядами, истаивающими в отрыве от ладони. Восхитительное это чувство наполняло радостью — единство и власть, самая сердечная дружба с тем, что составляет само его естество — и всё же часто бывает чужим, почти неподвластным...

Два дня этих не прошли зря: Хранительница с тревогой отнеслась к такому сбитому с толка, отвлечённому ученику, каким он вернулся тогда из леса — и почти весь день на утро после той беседы с Инаром, в дополнение ко всем событиям превратившей его сон в беспокойное метание с боку на бок, Дешанна провела с Маханоном, в прогулках по лесу, в долгих разговорах и долгом же обоюдном молчании, слушая и уча слышать. Напоминая о том, что он и так умеет, только забывает в сомнениях. Перед Хранительницей у Первого не оставалось ни одного секрета — она знала о нём больше родной матери, которая хоть и догадывалась о душевных тяготах юноши и их причинах, но не знала и близко, насколько серьезны они и глубоки. Но Маханон не спрашивал, и Дешанна не давала советов. Здесь она ничего не может решить за него — это его выбор, его путь, который он должен осилить своей волей, или уже не осилить никогда. Инар, конечно, говорил добрые вещи, приятные вещи, но... всё это были только его слова. А Эллана за эти два дня толком и не взглянула в его сторону. Как он может подойти и что-либо ей сказать?..

Обращаясь к себе, к своей силе, своему внутреннему единству с ней, маг забывал об этой проблеме. Сейчас не было ничего, с чем он бы не смог справиться, и тревоги об ответе сами собой покидали голову — это было такой незначительной, такой малой частью мира, что...

— А-а!!

Маханон не ожидал подвоха в этот момент, и коротко вскрикнул, с ёкнувшим до пяток от этих неожиданных объятий сердцем; энергия, растекшаяся по коже, треснула от его сжавшего нутро испуга и брызнула осколками, вспыхнула россыпью мелких молний и волной окатила девушку, отталкивая прочь вслед за движением его дрогнувшей руки.

— Ох, прости! — заметался обернувшийся Маханон, немо до выгнутых другой бровей изумлённый появлением Элланы, не зная чем загладить свою вину: прическа охотницы вспушилась, но сама она, кажется, не пострадала. — Я не... — он почти молебно смотрел на неё, не зная, что в этот момент делать со своими же ладонями, по пальцам ещё бежали отдельные сполохи — то ли протянуть, подхватить, утешая, то ли убрать наоборот куда подальше и тереть, пытаясь хоть так унять этот маленький непрошенный шторм, рождённый вспуганно колотящимся сердцем...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

21

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

совместно

[indent] Кажется, не стоило подкрадываться так тихо, или момент она выбрала не самый удачный. Эллана шарахнулась от Хано, с воплем «ауч!» и,  споткнувшись о кротовую норку, не удержалась на ногах и села в высокую траву, тряся головой и хватая ртом воздух. Ну надо же. Он ударил её. Магией! Прям как мама не раз предупреждала.

[indent] — Больно же! — возмутилась она, пытаясь справиться с резким покалыванием, ощутимо тряхнувшим тело. Оно хоть и было мимолётно и внезапно, но оставило после себя неприятный холодок, который всё никак не хотел проходить. Элль уже и забыла, как это было в самом начале, когда Хано ещё не умел толком управлять собой, а она хватала его за руку. Но то была только рука, и бился током он не сильнее, чем мотки шерсти, которые долго тёрли между собой. А тут она прижалась к нему со спины и с лихвой получила за это.

[indent] — Бррр, — всё ещё фыркала Эллана тряся головой, пытаясь согнать бегающих по коже мурашек и не спеша подниматься из травы. Но глянув на мага, который выглядел напуганным чуть ли не больше её самой, звонко рассмеялась, откидываясь назад и прижимаясь спиной к тёплой, нагретой солнцем земле. — Ладно, убедил, больше не буду на тебя охотится. Хотя это и было весело, — привстав на локтях, чтобы наблюдать за другом, Эллана склонила голову на бок, рассматривая его словно видела впервые. И дело даже не в том, что она осознала, насколько опасным он может быть — это знание было с ней всегда. А в том, что узнала несколько дней назад и теперь пыталась разглядеть хоть что-нибудь, подтверждающее слова Инара, а заодно и для себя определить как быть если окажется, что это правда. Что и кто ей дороже? Что будет если она не сможет ответить на эти чувства? Их дружба закончится? Хано больше не будет с ней разговаривать? Совсем-совсем? Оставит навсегда? Будет дружить с кем-нибудь другим? Другой? С Найей, например! Она как раз так переживает, что у неё до сих пор нет жениха. А он будет смотреть на неё преданными голубыми глазами, обрамлёнными светлыми ресницами. А Найя будет держать его за руку, пальцами касаться веснушек, целовать в губы… живо представив как подруга тянется своими к губам Маханона, даже и не замечая, что и сама остановила на них взгляд, Эллана ревниво сощурила глаза. Ну уж нет! Не бывать этому.

[indent] Судорожно сжимая и разжимая пальцы, Маханон наконец сбил с них сполохи остаточной магии — он так слился с этой силой, отрешившись от физического, что обратный путь, скомканный и искореженный причиненным испугом, дался нелегко. Но злости на Эллану, перебившую его медитацию, не было — слишком ужаснулся маг тем, что мог поранить её. И пусть магия, которую он привлек к себе, была лишь слабой тенью того, что он на самом деле мог зачерпнуть и удержать, если бы делал это хоть немного целенаправленно и сознательно, и серьезного вреда от такого не было бы — ничего схожего с мучительным параличом или ожогами, но всё равно — и больно, и неприятно... Маг закусил губы, терзаемый чувством вины, и поспешил оттолкнуться и слезть с камня, садясь на колени в траву ближе к Эллане. Смеётся, значит, всё хорошо? Мелкая моторика мышщ в норме. Иначе бы не смеялась — спазм не дал бы дышать так, как нужно для смеха. Одновременно и с облегчением, и сконфуженный, маг нахмурил брови, сжимая пальцы на собственных коленях.

[indent] — Ты правда в порядке? — не удержался спросить он, не столько не веря своим глазам и суждениям, сколько желая услышать это от самой Элланы. — Ты... Я не ожидал просто, испугался. Прости, — он чуточку вжал голову в плечи. Она пришла сюда зря, маг не затем уходит от клана, чтобы его беспокоили и мешали занятиям, но ответственность оставалась на нём. Он не удержал свою силу, пусть даже малую часть её, но это был его долг, его работа — научиться владеть собой так, как охотники учатся держать лук, как ремесленники учатся пользоваться резцом. Эллана ни при чём. То есть... нет. Маг посмотрел на неё, так расслабленно легшую в траву, и неожиданно смутился от всего, пришедшего в голову. Рубашка её была совершенно сухой в этот раз, но под ней... Он отвёл опушенный взгляд, сухо сглотнув и стараясь вспомнить о дыхании. Как он сможет овладеть магией в должной мере, если он не может овладеть собой? Или может? В этот раз было легче. Медитация не прошла для него зря — дух всё ещё превалировал над телом, и оно не отозвалось так жарко, как прежде. Не его дело. Она всё равно не его. Даже если он скажет, что это изменит? Он маг. Способный обжечь простым прикосновением. С охотником ей будет безопаснее. Он никогда не ударит её, захоти она просто поиграть и лукаво подкрасться. Но Эллана так никогда не играет с Шадайенном... Не при Маханоне, во всяком случае. С ним она серьезнее, взрослее, словно тянется за его опытом и ответственностью старшего в охотничьей группе, первого помощника мастера среди молодежи. Взрослого уже, скоро он получит валласлин. А ему ещё долго, так долго идти к тому, чтобы Хранительница сочла его взрослым...

[indent] — Я в порядке, да, не волнуйся так, — легко и просто Эллана потянулась к руке Маханона и сжала его пальцы, подбадривая. Неизвестно кому ещё больше досталось — ей, чуть ошарашенной и ужаленной или магу, вжавшему голову в плечи и виновато отводящему взгляд. — Будет мне уроком, что нельзя к тебе так подкрадываться, когда ты занят, но ты ведь больше не занят да? Потому что я сегодня не занята и хотела… — Элль запнулась, всё ещё не отпуская руку друга, но не зная как продолжить. Что хотела? Спросить: «А не любишь ли ты меня, случайно?» — глупо, очень глупо. Даже ещё глупее, чем все те вопросы, которые она и так беспрерывно ему задаёт. Нет, надо не так. Нужно, чтобы он сам захотел сказать, а не вот это вот. «С чего ты взяла?» — не тот ответ, который ей хочется слышать.

[indent] — Провести этот день с тобой. Я вчера весь день охотилась за позавчера, а потом и ночью охотилась со старшими, так что сегодня меня отпустили отсыпаться. Но если ты занят, то я конечно уйду, — протараторила Эллана, расстроенно вздыхая и делая вид, что собирается встать, но вместо этого потянула Маханона к себе в траву. — Ну или ты можешь полежать здесь со мной. Чуть-чуть. А потом я уйду и ты продолжишь делать то, что ты там делал, — она, конечно, могла бы привстать и просто завалить его, не ожидающего такого подвоха, на лопатки, но теперь постеснялась. И даже не того, как такой поступок будет выглядеть со стороны, нет. Как будет, так и будет. Но после произошедшего не совсем понимала в каком Хано теперь настроении и будет ли ему приятна такая игра, или может быть ей и правда стоит уйти. Вдруг всё, сказанное Инаром настолько не правда, что она только зря преследует мага и её общество ему не приятно. Шайн бы не упустил случая вот так остаться с ней наедине в глуши леса, когда никто из старших не будет искать, и другие охотники не бродят где-то рядом. А тут… она словно вновь и вновь навязывается.

+1

22

совместно
Под прикосновением Элланы крепко стиснутые пальцы Маханона немного расслабились, стоило ему понять, что девушка не боится нового внезапного удара — он держит себя в руках, правда, теперь точно держит! Маг тихо выдохнул, всё ещё чуть виновато дёрнув углом рта в намёке на улыбку — быстро смытом озадаченностью. Слова Инара, толкаясь, снова всплыли в уме. Ты для нее не пустое место... думаешь, она просто так ищет встреч с тобой?.. все это видят, Шайенн это видит!.. Он смотрел на неё во все глаза, неглубоко дыша. Но... Эллана же просто дружит с ним. В этом нет ничего такого, нет же, откуда?.. Но она держит его за руку, тянет к себе, словно бежит от чего-то там сюда, к нему, занять время...

— Н-нет-нет, я ничего такого... В смысле, не занят, то есть, — ох и недовольна будет Хранительница, если узнает. Но как он может сказать "нет"? Он ведь и сам хочет этого, именно этого, быть с ней рядом. Хоть сколько, пока можно. Пока она ещё ищет его общества и спокойствия рядом с ним.

— Я ушёл сюда, чтобы практиковаться в магии. Но я могу это сделать и потом, — улыбнулся маг, послушно укладываясь на бок, локтем упираясь в траву рядом с ней. Здесь, на солнце, было жарко и ярко, спасал только лёгкий ветерок, шевелящий траву. Но после сидения в тени немного поваляться на солнечном месте было даже приятно. А уж рядом с Элль... Сердце его стучало под кадыком, а взгляд лучился тихим восторгом и любованием. Такая огненно-рыжая на солнце, улыбающаяся, Эллана казалась ему очень красивой. Такой, что и вечно смотрел бы. Хотя бы просто смотрел.

Эллана довольно улыбнулась, наблюдая за тем как Хано ложится рядом. Её сердце забилось быстрее, предвкушая возможность узнать правду, с которой она даже не представляла что будет делать, но словно лисичка почувствовавшая, что добыча рядом, торжествовала заранее. Главное ведь узнать! А о том как быть можно подумать потом. Ведь не обязательно же сразу приносить друг другу клятву Уз — им никто и не разрешит! А значит, всё чем она жертвует — это дружба. Но кто сказал, что нельзя дружить, зная, что тебя любят совсем не по-дружески? Можно! Она только узнает правду и всё. Ничего не изменится. Или изменится? 

Эллана задержала взгляд на лице Маханона, щурясь от светившего ему в спину солнца, и пытаясь разобрать с каким выражением он на неё смотрит: похож на влюблённого или не похож? И почему ей раньше не приходило это в голову? А теперь и не видно ничего толком! Из-за яркого солнца он словно и сам светится.  Она задумчиво закусила губу, не зная как и с чего начать приводить свой план в действие. Перевернулась на живот, сорвала ромашку на которую упал взгляд и крутила её в руке, размышляя. Над ухом жужжа пролетел шмель, важно устремившийся к розовой шапке клевера, которая склонилась к земле под тяжестью насекомого и Эллана невольно подумала, а не будет ли это знание давить на неё так же? Что если она не захочет больше вот так лежать рядом с Маханоном в траве. Положив голову на руки, повернувшись к нему лицом, Элль попыталась прислушаться к тому, что шептало ей собственное сердце. Ей ведь было сейчас очень и очень хорошо, спокойно, несмотря на то, что маг недавно ударил её током — даже это ничего не изменило! Тогда почему его любовь что-то должна? Разве только то: захочет ли она ответить ему тем же или нет. Откажется ли от Шайна, чтобы быть с Хано или наоборот. Но ведь не попробуешь, не узнаешь?

— Знаешь, мне кажется, Лиаре нравится Шайдайенн, — из далека начала сказала Эллана только лишь для того, чтобы аккуратно спросить после: «А тебе кто-нибудь нравится?». Ну это же нормально будет смотреться, спросить вот так про между прочим? И совсем не прицельно. И совсем не только ради этого вопроса она проделала весь этот путь через лес. — Она всё время меня о нем расспрашивает, представляешь? А если ей удаётся подменить меня на охоте, то рассказывает с таким восторгом, словно Шайн самый лучший на свете мужчина! — легко и беззаботно хихикнула Элль, которую это совсем не задевало, а скорее забавляло, как другие девушки вьются вокруг того, кто уже сделал свой выбор.

Маханон, смутившись ее прищура — словно опомнившись, тоже перевернулся на живот, подставив солнцу светлый почти до белизны затылок. Солнце всё жарче и жарче прилегало на плечи и спину, и долго так не проваляешься — лучше перебраться на камень или пройтись по тропинкам, где хоть чуть-чуть эту жару рассекает тенёк. А может, сходить до реки? Совесть куснула Первого за бок — он ведь обещал, и совсем не против своего желания пришёл сюда, чтобы вот так отлынивать... Но он еще позанимается вечером, правда? Когда Эллана опять будет со всеми, а не с ним. Вот тогда — обязательно, непременно, а сейчас — как не ловить момент? Даже просто тихонько полежать рядом на расстоянии локтя — уже по-своему приятно и замечательно. Как хорошо, что она не разозлилась на него за эту оплошность с магией. Перебирая пальцами травинки перед собой, Маханон улыбался сам себе — и с некоторым удивлением вскинул голову, когда Эллана заговорила.

— А он нет? — озадаченно изогнул брови Первый на такие слова Элланы. Кому как не ей видно, насколько он лучший, старательный и замечательный? Ради неё же всё. И овощи почистить, и вещи подержать, и смирно себя вести, и помолчать даже, когда Эллана скажет. Лучший охотник, самый замечательный парень в клане. Кто этого не знает?.. Как только не отмечали старшие его ловкость, меткость и старательность, смелость и надёжность. С Шадайенном точно не пропадёшь. — Ну, он же всем нравится, — хмыкнул, пожав плечами, маг. — Только я не понимаю... а смысл? Он же э... ну, тебя любит. Это тоже все знают. Лиара думает, она лучше? — Маханон непонимающе моргнул, глядя на Эллану чуточку исподлобья. И тебе нормально? Не боишься, что она отманит его? Хотя с чего бы ей... посмеяться только — Лиара напрасно надеется, разве передумает Шайенн, который только и ждёт, что шестнадцатой весны своей избранницы?..

Эллана, хмурясь, взглянула на Маханона: ну вот что он такое говорит? Словно ему все равно, что Шайн её любит и она вроде как должна тоже. Как-то совсем не похоже, что Хано этот факт расстраивает. Может быть и правда, Элль зря всё затеяла? Ну как же тогда разговор с Инаром, который она услышила вчера? Или они не о ней говорили? Да нет, вроде о ней. Другой Элланы в клане нет.

— Шайн? Наверное, может быть, по крайней мере, так принято считать, — пожала плечами охотница и сорвав еще несколько ромашек, начала переплетать их между собой, чтобы чем-то занять руки и не выдать волнения. Что если разговор совсем уйдет в другое русло? Ей вовсе не хотелось обсуждать достоинства и недостатки Шайенна, тем более, что маг и так их прекрасно знал. Не зря же кинулся в прошлом году на него с кулаками! Ой не зря. Еще так и не рассказал почему. Инару-то, наверное, поведал.  — Хотя мне кажется, — задумчиво протянула она, косясь на Хано, не зная говорить или нет и на всякий случай понижая голос, переходя на шепот, — мне кажется, что нельзя быть лучшим для всех. Кто-то кому-то нравится, а кто-то нет. И то, что я вдруг понравилась Шайну, не значит, что он перестал нравиться Лиаре, может быть она всё еще мечтает, что Шадайенн обратит своё внимание на неё. Наряжается для него каждый вечер. Два дня назад я ей косы, наверное, целый час заплетала! — потянувшись, Элль нарвала еще ромашек и пихнув локтем Хано в бок попросила, отвлекаясь от основной темы: — А сорви для меня вон тот василек, спасибо, — взяв цветок, Эллана принялась примерять между какими ромашками он будет лучше смотреться и как бы невзначай, словно и не этот самый вопрос волновал её больше всего, спросила: — А ты думаешь, что если кто-то нравится, но уже присмотрел кого-то для себя, то и пытаться не стоит, да?

Маханон, в свою очередь, был озадачен не меньше. Эллана говорила о Шайне так, будто это вовсе не она садилась с ним у костра, танцевала, целовала в щеку, не с ним проводила дни на охоте и не с ним послушно уходила, когда он заявлялся звать, строгий, старший и бдительный. Так принято считать... разве сама ты так не считаешь? Вопросительно задержав взгляд на девушке, на удивление безразлично отзывавшейся о, считай, совсем уже "своём" парне, словно никакой он и не лучший на самом деле, Маханон послушно потянулся за растущим чуть поодаль васильком, сорвав его пониже и передал его Эллане, не замечая никакого подвоха в заданном вопросе.

— Ну э... Не знаю. Честно. Просто с Шайном, кажется, всё понятно уже. Он так глаз на тебя положил, что и не сдвинешь, — раздраженно заметил Маханон, неуловимо мрачнея. Отщипнул пальцами какой-то бледно цветущий стебелек полевой травы и стал задумчиво его переламывать. — А тебе разве всё равно? Ну, если Шайн вдруг посмотрит на неё вместо тебя? — откровенно не понимая, спросил Первый. Как она может вот так спокойно говорить о девушке, которая хочет отбить у неё парня? Тем более такого, как Шайенн. Ну да, он громкий, надоедливый бывает, и строгость его не всегда идёт всё ещё склонной во многом к былому ребячеству Эллане — но все прекрасно понимали, что она просто ещё не вошла в должный возраст. Во многом — да во всём, — остальном-то Шайенн хорош. И то, что Маханон лично на него злится... что это решает? Даже ненавидя, он не мог не признавать очевидное — Шайн хороший охотник. Добытчик. Опора. И — так принято считать?.. Прежде он никогда не спрашивал у Элланы о её отношениях с охотником. Они и так были видны. А если бы спросил — да какое его дело? Нравится ли он ей на самом деле? А почему он спрашивает? Задавая себе этот логичный, как ему казалось, вопрос, Маханон запинался и не знал, как на него ответить. Почему ему не всё равно? Потому что он хочет, чтобы Шайн исчез. Чтобы Эллана вовсе не любила его. Чтобы сказала ему "нет, ты мне не нужен". Но она ведь так не скажет. Не сказала до сих пор ведь — с чего ей менять мнение...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

23

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

совместно

[indent] «А ты и не пытался!» — чуть было не выпалила Эллана, но вовремя прикусила язык, только стебёлек василька нечаянно обломила и теперь совершенно не знала куда его такой короткий приткнуть и как закрепить. А вот вопрос Хано заставил её поднять взгляд, промычав нечленораздельное «Ну ээээ». Честно говоря, она совершенно спокойно относилась к попыткам Лайры перетянуть на себя внимание Шадайенна, ведь если у неё получится, значит охотник вовсе не так сильно увлечен, как демонстрирует всем и каждому, таскаясь за ней повсюду, занимая место, приглашая танцевать, провожая, заставляя буквально сбегать, чтобы провести время с другом. Расстроится ли она если вдруг Шайн перестанет это делать? Мама очень расстроится и разочаруется и будет нудеть, что ну конечно же Эллана даже за счастье своё не смогла уцепиться покрепче. В то время как сама она ни в чем не была уверена. И в том, что именно в охотнике её счастье в тоже. Но как сказать об этом другу? Который кажется уже все за неё решил. Как и все вокруг. Как сказать, что без этого общественного мнения ей легче жилось? Дышалось легче? Что Шадайенн, конечно нравится, но не чуть не больше, чем все остальные? Что вовсе это не её выбор, но сделать выбор он ей и не даёт. Да и кого ей выбирать, когда даже Маханон считает, что «так глаз на тебя положил, что и не сдвинешь»?

[indent] Обиженно насупившись, она потянулась за ромашками, рвя их резкими злыми движениями и даже выдернув один кустик с корнем.

[indent] — А ты как? — общипав стебель, Эллана вроде бы решилась задать тот самый вопрос, но испугавшись в последний момент, поспешила добавить: — Ты бы ревновал, будь на моём месте? — поспешность эта и пальцам её не добавила ловкости, и порезавшись о травинку, Элль поморщилась и принялась посасывать ранку, поглядывая на Маханона исподлобья, в ожидании ответа.

[indent] — Да! — почти что воскликнул Маханон, словно хотел убедить, что только так и правильно, но тут же замялся и опустил взгляд. — В смысле, ну... конечно, ревновал бы, вздумай кто-то... Ну, то есть... мне бы не понравилось, если бы кто-нибудь влез. Между мной и моей девушкой, —  заметив, что Эллана сунула палец в рот, Первый мигом насторожился и сменил тему. — Что такое? Порезалась? Покажи, — протянул он руку, требовательно взяв Эллану за запястье и подтянув к себе её ладонь. На порезанном пальце выступила капелька крови из свежей ранки, и маг хмуро стёр её, сосредоточенно потянувшись к Тени. Хранительница учила его лечить — и хотя с его склонностью к сильной, разрушающей, стихийной магии спокойные, выверенные пути целителя давались с трудом, но справиться с порезами он мог без особых проблем. И ранка послушалась его —  закрылась, прекратив кровоточить. Еще через удар сердца исчез и белый след царапины. Довольный результатом, маг поднял взгляд и улыбнулся. — Вот так-то лучше.

[indent] От взгляда на лицо Элланы — так близко, так ясно, — сердце опять ощутимо ёкнуло. Как бы хотелось ему сейчас сжать пальцы на её ладони, удержать, не пустить... сплести их, и просто лежать вот так рядом, смотря, любуясь. И как не хотелось отпускать. Один удар сердца, другой... момент для дружбы непозволительно затягивался, и Маханон, словно обжегшись этим осознанием, выпустил её руку и поспешно отвёл глаза, сглатывая. О чём... о чём они говорили? А!..

[indent] —  Я, в общем... ну, ревновал бы, да. Но это не значит, что ты должна, — проговорил Маханон, спохватившись, что наводит Элль на какие-то не те мысли — вот ещё, ревновать Шайенна! Пусть лучше не ревнует, а Лайра пусть старается получше, раз такая смелая... — Если тебе нормально так, то оно, наверное, так и правильно...

[indent] Отпрянув от напора, с которым Хано воскликнул, Эллана в миг загрустила когда осознала, что её-то Маханон не ревнует. И с Шайном всегда отпускает спокойно, и даже не пытается быть к ней ближе при всех, сесть рядом, позвать танцевать… Значит и правда она услышала что-то не то, не так поняла и зря затеяла весь этот разговор. Не любит он её и, в отличие от Лайры, не хочет мешаться счастью подруги. Счастью же? Конечно, счастью, ведь с Шайном — как он там сказал? — всё уже понятно. А она тут навыдумывала себе, и даже к Найе успела приревновать. Но так ведь оно и будет. Рано или поздно, Хано найдёт себе кого-то, так же как Инар стал ему лучшим другом, вместо неё, так и…

[indent] Додумать эту мысль Элль не успела, как и заверить Маханона, что всего лишь поцарапалась и теперь смотрела во все глаза, как ранка на пальце затягивается, подвластная воле мага. Вот бы и все раны так, даже душевные! Потому что обида на сердце не рассасывалась вместе с исчезнувшей царапиной. Но что она может с этим поделать? Глядя вот так прямо в глаза, спросить: «Я слышала вчера кое-что. Скажи мне, это правда?» Вот только слова эти так и не ложатся на язык, а Хано словно почувствовав их, отвёл глаза и выпустил её руку.

[indent] — Ну если у Лайры получится, это будет значить, что Шайн меня не любит и я только счастья им пожелаю, — пожала плечами Эллана возвращаясь к своему занятию, но как-то ей совсем расхотелось плести венок. Вытащив из плетения василёк, она покрутила его в руке и глянув на друга с улыбкой, примостила цветок Хано за ухо и вздохнула: — Жарко тут, пойдём к реке?

[indent] Скосив взгляд на её жест, заправляющий цветок ему за ухо, Маханон благодарно улыбнулся — и осторожно потрогал его пальцами, следя, чтобы не выпал. И кивнул, соглашаясь: солнце и впрямь стало уже припекать плечи и макушку.

[indent] — Лучше только пройти подальше, — проговорил маг, поднимаясь на ноги и стряхивая прицепившиеся сухие травинки со штанов. — Чтобы дозорных не увидеть. Amelan узнает, что я отлыниваю с тобой и не занимаюсь, будет злиться... — Дешанна никогда по-настоящему не злилась и не наказывала своего ученика, но расстраивать её не хотелось — упрекающий взгляд из-под бровей наставницы действовал на Первого хлеще ремня.

[indent] Идя рядом с Элланой в сторону реки, Маханон нет-нет да косил на неё взглядом, думая об услышанном на лугу. То есть, если Шайн её не любит... ей и всё равно будет? Совсем-совсем? Что есть он рядом со своими доказательствами, что нет? Это было... странно. Выходит, ей и не нужна эта любовь, если Шайн не будет убеждать её? Каждым действием, каждым шагом. Как и должно настоящему мужчине, но... Было в этом безразличии что-то неправильное. Уже весь клан поверил, что он серьезно, а она... всё ещё нет? Отведя глаза, Маханон куснул изнутри нижнюю губу. В Шайне ли дело? Или в том, что ей вообще не нужна любовь? И дело только в том, кто ухаживал бы сильнее... От этого нового понимания немножко кружилась голова. Или то от жары? Ох, скорей бы окунуться в воду, где попрохладнее...

[indent] Он повторил этот вопрос про себя, наверное, раз пятнадцать, прежде чем наконец решиться и вклиниться:

[indent] — Слушай, ты сказала, что если Шайн пойдёт за другой, то не обидишься даже? То есть, ну... ты думаешь, он может? А... ты на его месте как поступила бы? Смогла бы разве? Ну вот, если... если бы кто-нибудь другой, как Лайра? — "Кто бы это другой, ты что ли?", рассмеялась Элль у него в голове, и Маханону на момент стало жутко, но он упрямо свёл брови, на полшага поотстав. "А даже если бы и я? Если тебе всё равно... Пожалуйста, скажи, что тебе всё равно. Что тебе совсем не важно, чтобы он шёл до конца, что это не всё ещё, чего тебе хочется..."

[indent] Словно он самый лучший... так принято считать. А для тебя нет. Как такое может быть, Элль? Может? Что Шайн — это ещё не всё. А если он не всё, то чего же тебе тогда будет достаточно?..

[indent] Вопрос казался решённым и даже дышать стало легче. Или это тенистая  лесная тропинка, укрывшая от жарких солнечных лучей? Эллана задрала голову, рассматривая небесную синеву, сквозь густую листву деревьев, очерченную золотым контуром, пробивающегося солнца. Ещё один приятный летний день, а дальше будь что будет. Может быть однажды она наберётся смелости и расскажет как подслушала разговор Хано с другом и выдумала себе целую историю, которая никогда не случиться и целых два дня провела переживая и решая, чего бы ей на самом деле хотелось и хотелось ли. Дружба, которой больше никто не будет мешать. И Шайн больше не будет стоять на пути, потому что Элль ему нужнее и у него далеко идущие планы. И может быть и вместе взрослеть было бы не так страшно. Но мы получаем то, что получаем, а не то, чего действительно хочется. Готовим еду, из того что поймали. Ловим то, что встретилось в лесу. Не будешь же ты охотиться на утку зимой, только потому, что тебе очень её захотелось? Да и хотелось ли? Перепрыгнув с кочки на кочку, забавы ради, а не потому, что этого требовала тропинка, Эллана скосила глаза на Маханона рассматривая и думая, что она могла бы сейчас подлететь и поцеловать его в губы. Как в щеку, но только в губы, и он бы так смутился и покраснел, а она бы крикнула: «догоняй» и убежала к реке и Хано бы её догнал, когда Элль бы специально притормозила и поцеловал тоже. Это было бы очень весело. Ей бы так хотелось, наверное, хотелось да. Она могла бы, если бы знала, что ему тоже так хочется. И что вовсе это не будет глупо и неправильно. Но разве может она так поступить, когда есть Шайн со всей его серьёзностью, хмурыми бровями, заботой и той определенностью, которая возникла тогда, когда у Элланы и мыслей не было о том, что нужно задумываться о будущем в таком ключе? Она даже сообразить не успела, что все станет настолько серьёзно.

[indent] — А? — тема, которая казалась исчерпанной вдруг возникла вновь и Эллана не сразу сообразила, о чем Маханон спросил. Она остановилась и обернулась на друга. — Я? Нет, не обижусь. А должна? — Элль пожала плечами, но тут же почувствовала себя виноватой, понимая как на самом деле звучат такие слова. Шайн же лучший охотник, а она получается что? Нос воротит? Отзывается так пренебрежительно, словно ей всё равно. Но отчасти так и было. Элль не успела побыть одна, присмотреться к кому-то или может быть даже нескольким, представить себя с кем-то, захотеть кого-то, потому что кого можно ещё хотеть, когда у тебя уже и так самый желанный всеми сверстницами парень? Она опустила взгляд в землю, разглядывая свои и ступни друга, подмечая, что теперь и не поспоришь чьи следы больше: нога Маханона так выросла! — Если это будет его желание и другая окажется милее, разве это плохо, что они будут вместе? Может быть он ошибся и вовсе я ему не подхожу и Лайра может быть не стала бы убегать, когда… ой, — чуть не проговорившись Эллана смутилась и спохватившись в последний момент, подхватила Хано за руку и потянула к реке, меняя тему. — А мы вчера на охоте видели бельчат! Они такие забавные! Бегают друг за другом в догонялки и так быстро-быстро карабкаются по деревьям. А один был такой неловкий, что свалился в кусты и мне кажется, что мама потом на него накричала, почти как моя мама тогда, ну ты помнишь, когда мы сидели на ветке, а я начала тебя щекотать и мы упали. Там падать то было совсем чуть-чуть! До сих не понимаю, что её так испугало.

+1

24

совместно
"Когда что", молча читалось в озадаченных глазах Маханона, только и думавшего, что жегшее на языке "если бы только Шайн считал так же!", а совсем не про белочек. Он промолчал, лишь улыбнулся неровно, послушно следуя её поводырству. А может, и правильно, что не сказал. В конце концов, что ему Шайн? Пусть хоть ещё сто раз наговорит ему всякого, толкнет, начиная драку, синяков наставит, потому что может! Главное, что Эллана обо всём этом думает. Вот только её ответа Первый как раз и не получил. Может, кокетничает просто. Чтобы Шайн старался лучше. И стоит сказать, как вцепится в него обеими руками, только бы её саму не сманили на сторону... Что Лайре ничего не удастся, это и слепому понятно. Может, поэтому она и не волнуется, так уверенная за его любовь к себе...

Маханон продолжал есть себя мыслями, пока наконец они не вышли к реке — пришлось долго идти по зарослям вдоль течения, чтобы найти участок берега, на котором можно присесть прямо в древесной тени, свесив ноги к воде, залитой полуденным солнцем, и смотреть, как течение мерцает в его лучах. Под берегом глубоко — выше колена, похоже, но дно ровное, илистое. На другом берегу попроще, виден кусочек луга, да только дотуда надо ещё доплыть. И тени такой густой, холодной даже, сырой и зябко дышащей в разогретую спину, там нет. Маханон задержал взгляд на том ярком берегу и посмотрел на Эллану в сомнениях, стоит ли предлагать... Видение девушки в мокром платье пришло к нему в голову не сразу, но ощутимо ткнулось в висок, и маг, опомнившись, стыдливо отвернулся. Н-нет, нет уж, лучше даже и не предлагать такого...

Рассказ про белочек все же отвлёк Маханона настолько, что он перестал задавать вопросы, а Эллана одержав эту маленькую победу неожиданно для себя расстроилась, хотя и продолжала что-то щебетать про вчерашнюю охоту, особенно не отдавая себе отчёта что именно. Вроде рассказывала как отец ночью заставлял повторять созвездия. Но на душе тянуло так, словно вся она превратилась в верёвку, которая вот вот порвётся под тяжестью подвешенного на ней камня. Хоть ромашку срывай и гадай. А почему бы и нет? Приметив одиноко растущую вдоль тропинки ромашку, Элль и правда сорвала её и начала вырывать лепестки, шевеля одними губами, но не произнося ни звука. По всему выходило — не любит. Вот только идёт рядом весь в своих мыслях. Хотелось бы ей хоть на мгновение залезть к нему в голову! Казалось, это многое могло бы решить. Но ведь судьба и так вчера подкинула шанс услышать больше, чем Хано рассказывал! Только она всё никак не придумает как этим воспользоваться. Может быть набраться смелости и сказать Шадайенну «нет»? Порадовать Лайру. Но где же столько храбрости взять? Да и разве он примет отказ? Тем более, что до подношения ещё столько времени, что Эллана может тысячу раз передумать, а её робкое «эм, кхм, может быть ты… мы… нам не стоит» приведёт лишь к тому, что охотник удвоит свои старания. Да и допустим, скажет она Шайну, а что потом? Найя так боится остаться одна. Это ведь и правда страшно, когда никто тебя не любит, когда все подруги обзавелись семьёй, а ты никому не нужна. Когда на очередном Арлатвене уходишь в другой клан, чтобы хотя бы там кому-нибудь сгодиться. Эллана не хотела в чужой клан. Не хотела оставлять семью и друзей, здесь она всех знала с детства, а там — неизвестность. Неизвестность пугала и Элль крепче ухватилась за руку Маханона, невинно улыбнувшись, словно и не случилось ничего. 

Вода в реке призывно играла солнечными бликами, но спуска к ней всё никак не попадалось. Казалось, что берег специально зарос тростником, кувшинками и осокой, над которой носились стрекозы. На середине то и дело бултыхали выпрыгивающие из воды рыбы и Элль пожалела, что не взяла с собой ничего, что могло бы сгодиться для рыбалки. Это же так расточительно найти рыбное местно и не поймать хотя бы парочку. Из густой прибрежной травы в заросли камыша шмыгнула выдра и тут же где-то вдали заквакала лягушка. Летний день. Один из многих и такой по-своему особенный.
 
— Пойдем на том дереве посидим? — протянув руку,  Элль указала на старую раскидистую иву, одна из веток которой нависла прямо над водой и потянула Хано туда. Скинув с ног летнюю намотку, оставлявшую открытыми пальцы, Эллана легкой уверенной поступью прошла по стволу и уселась в ожидании Маханона. В прибрежной тени было итак прохладно, по сравнению с лесной поляной, но журчащая под деревом вода манила если не искупаться, то хотя бы умыться. Зачерпнув воды, Элль смочила лица и шею, особенно не заботясь тем, чтобы не намочить одежду, позволяя прохладным струям свободно стекать за воротник платья и брызнула в Хано. — Хочешь искупаться? Купайся! — предложила она, не понимая почему он всё ещё не прыгнул с разбега в воду, как часто делали другие ребята. Ему же, в отличие от неё, ничего не мешало снять рубашку. — Я, наверное, не буду. А то потом придётся опять моё платье сушить, а я вроде пообещала отвлечь тебя не надолго, — пожала плечами Эллана, рассматривая собственное отражение в воде, которому не особенно придавала значения раньше. Среди эльфиек было почти невозможно найти не симпатичную, но вот Нейя считала себя не очень привлекательной и поэтому так боялась одиночества, проигрывая, как ей казалось, другим девушкам клана. Неужели внешность так важна, для того, чтобы тебя любили? Шайн поэтому выбрал её? — А хотя нет, подожди, я хочу тебя кое о чем спросить, — поймав мага за руку, Эллана задумалась, пытаясь сформулировать вопрос так, чтобы он не выглядел слишком навязчивым, но так ничего и не придумав спросила напрямик:

— Как думаешь, а я красивая?

Маханон сел на дереве рядом с Элланой, болтая ступнями над водой, касаясь пальцами течения, щекотящего кожу, и улыбаясь — надеясь, что не очень заметно! — тому, как это должно быть, выглядит со стороны. Вот так сидеть одним на ветке, бок о бок, в отдалённом щебете птиц и речном плеске — совсем как парочка, это было... приятно? Он тихо рассмеялся, уклоняясь и прикрываясь рукой от брызг воды, и помотал головой на предложение купаться.

— Нм-эм, — тень густой листвы достаточно охладила ему голову, как и вода — ступни, так что бросаться с разбегу в воду и плескаться там, спасаясь от стыдливого жара, уже и не хотелось особенно. Хоть он и старательно не смотрел Эллане "ниже ватерлинии", то есть плеч, всё ещё чувствуя некоторое смущение по этому поводу. К тому же, лезть в воду значило перестать сидеть здесь, рядом, и...

— Если ты не купаешься, то и мне не особо хочется одному, — пожал плечами Первый в ответ, в своей уверенности, что сидеть вот тут почти бедром к бедру куда приятнее, чем барахтаться в воде, сразу не сообразив, что это было вроде приглашения "а давай вместе", и если Эллана полезет в воду, она — ой... Замявшись и как-то пост втянув голову в плечи, он вздрогнул, когда Эллана взяла его за руку и растерянно посмотрел на неё глазами, широко раскрытыми ещё и от ошарашивающего вопроса. Красивая?..

Он несколько секунд молчал, сглотнув, взглядом метнувшись туда-сюда по лицу Элланы, и от против всякого страха разлившегося в груди тепла захотелось смеяться. Ещё какая красивая, как она может вообще в этом сомневаться! Чуть оттаяв лицом, Маханон улыбнулся:

— Красивая, — смущаясь ответа до лёгкого румянца на скулах, но говоря уверенно, потому что ну это же правда! Самая правдивая правда из всех правд. — Очень красивая, — уточнил он, немного склонная голову к плечу и рассматривая её с довольной тонкой улыбкой, всё ещё сжимая пальцы в своих. — Самая красивая из всех, кто в клане есть.

И для него это было абсолютной правдой. Любовался бы веками, точно. Даже если вот так, издалека...

Эллана улыбнулась и застенчиво заправила, упавшую на лоб прядку за ухо. Значит она всё же красивая. Уточнять не стала, веря, что Хано не стал бы ей врать или льстить. Зачем ему? Они столько лет дружат, что уже и не нужно друг перед другом что-то изображать, хотя может быть сейчас это дружба и говорила? Она ведь тоже считала его красивым, с этими пушистыми пшеничными ресницами, веснушками и растрёпанными, взъерошенными волосами. Да, пожалуй, растрепанный, как будто только что со сна, Маханон нравился ей больше всего! Так и хотелось в такие моменты крепко-крепко его обнять и не отпускать. Но, наверное, она не должна? Смутившись, Эллана отвела взгляд, болтая ногами в воде, но руку Хано так и не отпуская. Зачем вообще что-то решать, если можно оставить всё так, как есть? Ей бы этого хотелось! Может быть, когда-нибудь, когда они оба повзрослеют и поймут что жить друг без друга не могут, тогда и решаться на что-нибудь большое, чем просто сидеть и болтать ногами. Это всё Шайн с его навязчивой любовью подгоняет её, запрещая делать то, что нравится. Это он уже все решил и за себя и за неё тоже, а она не решала и решать не хотела. Так же как и целоваться с ним тоже не хотела. Надо, надо ему сказать, чтобы не ходил за ней, и танцевать не звал, и на охоте не помогал. Пусть лучше все знают, что Эллана плохая, никуда не годная охотница, чем чувствовать, что за заботу эту и опеку, она что-то ему должна. Поцелуи те же. Лайра и сама бы его зацеловала. Не то, что Элль — всё нос воротит!

— Хано, а ты уже целовал кого-нибудь? — спросила Эллана, вырываясь из задумчивости, поворачиваясь к другу и разглядывая веснушки на его носу.

Маханон и сам не спешил освобождать её ладонь, лишь тихо скашивая глаза на их руки и улыбаясь себе под нос — в кои-то веки не боясь, не завидуя, не гадая, а просто наслаждаясь тем, какая она. Красивая, яркая, нежная, самая-самая замечательная девушка во всем его мире. По эту сторону грани просто любоваться ею было хорошо. Не хотелось думать о том, что говорил Инар, не хотелось мучиться глупыми надеждами. Что Эллана не очень хочет быть с Шайенном, ещё не значит...

— А? — невольно переспросил Маханон, приоткрыв рот, хотя вопрос явно расслышал внятно — и смущённо замялся. — Н-нет... А ты? — как-то торопливо, чуть ли не испуганно от этой неожиданно поднятой темы, спросил Первый в ответ, даже не зная, что по этому поводу думать. В смысле — целовал ли? А мог? А она с Шайенном... почему-то Маханон никогда даже не задумывался о такой возможности — но сейчас, подумав вдруг, что после всех вечеров рядом, танцев и благодарных чмоков в щеку они наверняка бы... и понимание это очень, очень ему не понравилось.[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

25

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

совместно

— Я тоже нет, — покачала головой Эллана, не зная рассказывать или нет о том, что Шадайенн как-то пытался её поцеловать, а она струсила и сбежала. Ведь если бы позволила, это значило бы безапелляционное «да», после которого уже не увернёшься, не скажешь, что ничего не было. Тот поцелуй обрубил бы даже ту малюсенькую возможность вывернуться, которая у неё  всё ещё оставалась — отказаться от шкуры в будущем году. Он ухаживал, а она принимала эти ухаживания. Вот и все. Ничего ему не обещала. Ни в чем не клялась. Может быть это и не честно по отношению к другим девушкам, но поди ещё откажись, запрети Шайну делать то, что он хочет. Это даже у мастеров и Дешанны с трудом получается, куда уж ей тягаться? Хотя, к ней он иногда даже больше прислушивается, и помогает когда просит, и язык, прикусывает, когда речи его становятся неприятными. И все говорят, что за ним Эллана не будет знать беды. А она, наверное, слишком малодушная или слишком серьёзно относиться к поцелуям. Но те, кого Элль видела целующимися всегда потом женились. В клане нет дороги назад. Сделав выбор, ты живёшь с ним всю жизнь. Вот только к такому выбору сейчас, она не готова. — Как думаешь, это приятно? Целовать кого-нибудь? — понизив голос, словно боялась, что поющие в кроне дерева птицы и мельтешащие над водой стрекозы, могут подслушать и донести маме о том, какие разговоры Эллана ведёт с магом, она не удержалась и хихикнула над тем, что так и не давало покоя: — И как только носы не мешают!

"Вот и правильно! И не целуйся!" Чуть было не ляпнул в сердцах Маханон, жгуче вскинув взгляд на девушку, но осёкся, прикусив язык. Мысль о том, что она может целоваться с Шайенном — в удовольствие целоваться!, как те парочки у костра и в тени у аравелей, где думают, что их никто не видит, — отчего-то возмутила мага до глубины души. Хоть он и понял — а кто бы не понял! — что имел ввиду Шайн, тогда, прошлым летом бахвалясь в кустах, но тогда это не казалось так... предметно! Реально. Слишком. И Шайн будет её целовать, и... Фу! Нет, не в смысле что вообще фу, а просто... просто... Он сглотнул, опуская взгляд.

— Наверное... — тихо пробормотал, сам поглощённый мыслями о куда более серьезных вопросах, чем приятность поцелуев. А разве могут они быть неприятны? — Ну, то есть... Я думаю, что приятно. Целовать кого-то, кто нравится, — Маханон потёр тыльной стороной ладони зачесавшийся кончик носа. Халесиа вон на Аравире так и висла, не отпуская... уж всяко понятно, что и не мешает, и нравится. Сам Первый об этом, впрочем, никогда не задумывался, и оттого сейчас в замешательстве потрогал собственный нос.

— Не знаю, — озадаченно ответил он, моргнув и посмотрев на Эллану. — А должны?..

Эллане показалось, что Хано хотел сказать, что-то ещё, но почему-то не сделал этого. «Опять что-то не договаривает», — подозрительно подумала она, но выспрашивать не стала. Хотя может быть стоило? Когда-нибудь пристать к нему так, чтобы он уже не смог отвертеться и выспросить за все-все невысказанные слова и отведённые взгляды. Но так, наверное, будет не хорошо? Друзья так не поступают. Друзья верят и доверяют друг другу и если бы Маханон хотел ей что-то сказать, то обязательно сказал бы. Как может быть иначе? Задумчиво, глядя на Хано, Элль подумала, что вызнать у Инара, который, судя по всему, знает о ЕЁ друге куда как больше, будет проще. Вот только это совсем уже ни в какие ворота не лезет. Мало ей что ли и того, что она уже подслушала? И ответ на вопрос, словно подсказывал какой должен быть следущий: «А тебе кто-нибудь нравится? Ты хотел бы кого-нибудь поцеловать?» Но она не решалась, отчаянно труся услышать не своё имя и вновь уводя тему разговора, напоминая себе мотылька, который так и вьётся вокруг пламени свечи, привлеченный его яркостью, но не садиться — догадывается, что сгорит.

— Ну я особо не приглядывалась, как парочки целуются, но губы ведь под носами, как до них дотянешься, не столкнувшись? Еще и так… ну надолго, — с любопытством рассматривая нос Маханона, словно примериваясь, а на самом деле просто пытаясь понять, как это происходит и вспоминая всё, что видела мельком в лагере, пока не отводила стыдливый взгляд, Эллана думала ещё и о том, что иногда поцелуи затягивались и тогда возникал другой вопрос — как воздуха-то им хватает? — но не торопилась спрашивать у друга, который осведомлён в этом ровно столько же, сколько и она.

Под этим внимательным взглядом Маханон не выдержал и рассмеялся. Её это волнует? Правда?..

— Ну как-то же у них получается! Наверное, надо попробовать, чтобы понять. А так можно гадать хоть вечность, — пожал он плечами, чуть улыбнувшись. Другие же целуются, и с удовольствием, значит и у них получится... Когда-нибудь. Как-нибудь. С кем-нибудь...

— Наверное, — вздохнула Эллана соглашаясь с тем, что пока не попробуешь, не поймёшь и растерянно бултыхнула ногой о водную гладь, щурясь на лес, видневшийся вдалеке за лугом на другой стороне реки и понимая, что они сидят на ветке дерева над рекой вдалеке от лагеря, совершенно одни, их никто не ищет, никто не придёт забирать «своё» и даже дозорные не ходят этой тропой, а ладонь Маханона всё ещё сжимает её. Разве может быть более удачный момент? — А тебе бы хотелось? Попробовать? — неожиданно повернувшись к Хано, выпалила Элль, словно боялась, что стоит посмотреть на него чуть подольше и она вновь испугается и не спросит.

Первый сглотнул, округлив глаза и замерев от ощущения, что по щекам расползается какое-то особенно жгучее пламя, из искры вопроса в лоб разгоревшееся в пожар. Сердце туго заухало в груди — в смысле, хотелось бы? То есть... Вообще?..

— Э... Да, — всё ещё думая, что вопрос касается какой-то абстрактной теории — ну а в самом деле, чего ещё? со всеми этими носами и прочим, — отозвался он, во все глаза глядя на Эллану, смотревшую на него так близко-близко и очень пристально. А что, кому-то разве не хотелось бы?.. — Наверное... — нерешительно выдавил маг, во рту которого было слишком сухо, чтобы... — А... — дрогнули, приоткрывшись, его губы под вопросом во взгляде, но "..тебе?" так жгло язык, что, казалось, и вовсе приварилось к нему. Почему только она так близко, слишком близко, чтобы...

Сердце стучало словно сумасшедшее. Решиться на такой вопрос — не легко, а разобрать ответ — еще сложнее! Это согласие? Не согласие? Или? Но если бы Хано не хотел, то и не смотрел бы на неё так… завороженно? Ожидающе? Значит всё-таки можно? Это ведь только попробовать, чтобы понять сталкиваются или нет носы, чтобы если вдруг случиться самый настоящий первый поцелуй не волноваться лишний раз — прям как сейчас, когда в ушах шумит и потеют ладони.

Словно перед тем как нырнуть в глубину, Эллана набрала побольше воздуха, зажмурилась и резко дернулась вперёд касаясь губами губ Маханона, одновременно теряя равновесие, соскальзывая в воду и утягивая друга за собой.

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-03-08 12:10:45)

+1

26

совместно
Короткий то ли вскрик, то ли резкий вздох разлетелся над водой, предворяя громкий всплеск — Маханон едва понял, что куда-то падает, как кругом уже была вода, волосы облепили глаза, а в носу жутчайше свербело, вынуждая вынырнувшего мага откашливаться и фыркать, стряхивая волосы со лба, тут же оглядываясь — где Эллана? А, вот, тоже нашла ногами дно — и вовсе тут не так глубоко, всего по плечи, только течением сносит, вынуждая зацепиться вытянутой рукой за толстый бок ветки и протянуть руку к девушке, чтобы той не пришлось самой тянуться высоко и рисковать занозить пальцы крошащейся корой. Сердце всё ещё колотится лихо и дико, и в глазах немой вопрос — только Маханон теперь совсем не уверен, что ему не показалось. А если нет? А если... Если...

— Ты в порядке? — спрашивает он на всякий случай, выдыхая. — Поплыли вон туда! — Маханон мотнул головой на другой берег, где было солнце и пологий лужок. — Держись за плечо, — хотя маг никак не был уверен, что плавает лучше Элланы, но ведь течение же!..

Несколько минут спустя они уже, стараясь отдышаться, выбрались на отмель, распугав из пронизанной солнцем, едва до локтя достающей воды всех головастиков. Так в воду и сев, тёплую, не то что в середине течения, Маханон тихо рассмеялся:

— Если мы не идём купаться, купаться само приходит к нам! — улыбнулся и, не отдавая себе в этом полного отчёта, прикоснулся кончиками пальцев к губам, которые отчего-то пекло и тянуло. Показалось? Или нет? От попытки подумать об этом сердце начинало скакать во все стороны и углы грудной клетки. Как?.. Как спросить?.. В нерешительности Маханон взглянул на Эллану, словно надеясь, что что-то в её словах и движениях подскажет ему ответ.

Ведь если она и правда поцеловала его в тот момент, то... Зачем?.. "Просто попробовать"?..

Эллана не успела ничего разобрать, как в миг оказалась в воде. Словно боги наказали за эту отчаянную и неуместную попытку попробовать запретный плод. Хочешь целоваться, иди с Шайном целуйся — он твой парень, вроде как. Не Маханон. Но вода, забившаяся в нос и уши, ни капельки не остудила пыл, и вместо того, чтобы пожалеть о содеянном, встать на ноги и вылезти на ближайший берег, Эллана прилипла к Хано, пытаясь откашляться, отдышаться и убрать прилипшие к лицу волосы. 

— Поплыли, — кивнула она, держась за друга и благодарная за помощь. Летнее платье облепило ноги, мешая движениям и крепкое плечо рядом было очень кстати. 

Посидев в тени, а после оказавшись в прохладной воде, Элль успела даже замерзнуть — кожа на руках покрылась мурашками — или это от того, что она сотворила? И теперь на отмели, пытаясь отдышаться и подставляя нос жгучим солнечным лучам, поглядывала на Хано, пытаясь разобраться в том, что он чувствует. Но вроде не злится — это уже хорошо. 

— Прости меня, я такая неуклюжая. И сама упала, и тебя утянула, — виновато улыбнулась она на его шутку, подмечая как друг трогает свои губы и неосознанно повторяя это движение. Поцеловала! Но это же не серьезно? Просто попробовала, чтобы знать, не сталкиваются ли носы. Или не просто? Почему сердце так бьётся и никак не желает униматься. Только ли от испуга, неожиданно обступившей со всех сторон воды? Может быть, повторить? Сказать, что не распробовала? Или что сказать? А надо ли что-то говорить? Может быть он должен что-то сказать? Смутившись в этой растерянности, не зная что теперь делать и как смотреть на друга, Эллана отвернулась, словно ей очень важно было разглядеть, где на том берегу остались намотки для ног.

От этого замеченного краем глаза движения её руки — повторяющего его собственное, — сердце, казалось, ухнуло в самый желудок и судорожно там запульсировало. Нет? Не померещилось? Поневоле часто дыша, Маханон сглотнул и упёрся взглядом в воду, в которой сидел, недоумевая и собираясь с мыслями. Попробовать, значит? Просто попробовать? Чтобы потом знать, как это делать с Шайенном? Чтобы нос не мешал и... пфхм!

— Так эм... Что ты там говорила про попробовать?.. — почти безмятежно поинтересовался Маханон, поворачивая голову к Эллане и чуточку щурясь. Ну и пусть, что не всерьёз. Пускай только попробовать и выяснить. Разочек. Потому что с другом не страшно. Зато её первый поцелуй будет принадлежать ему, а не охотнику, вот что! Накося-выкуси, Шайн. И сколько бы потом она его не целовала, первым разом это уже всё равно никогда не будет...

Эллана вздрогнула и повернулась, смотря на Хано во все глаза и не веря в то, что собирается сделать, садясь перед ним на колени, чтобы было удобнее. Почти не дыша от так и не высказанного вопроса: Ты хочешь? Можно? Но ведь если бы было нельзя, он бы и не спрашивал? Не смотрел на неё так с прищуром, словно бросает вызов. Будто они всё ещё дети и играют в «кто быстрее добежит до той осины» или «кто дольше просидит в тёмном шкафу». Заправив мокрые волосы за уши, глядя на Маханона и почти не моргая в этом медленном сближении на которое решилась, словно давая шанс кому-нибудь из них ужаснуться и передумать, задаться вопросом: А правильно ли то, что я сейчас делаю? — Эллана прижалась к губам Хано, едва ли отдавая себе отчёт, что не зная куда деть дрожащие от волнения руки, пристроила их другу на плечи.

Чего не ждал Маханон, так это того, что от его слов Эллана сразу перейдёт к действию — но не дрогнул, по-прежнему опираясь на руки чуть позади себя и невольно облизывая губы перед этим соприкосновением. Она клонилась к нему так медленно, что под конец Первый не выдержал, и сам подался вперёд, буквально столкнувшись с подругой губами. Носы и впрямь задели друг друга, слегка стукнувшись, но стоило чуть наклонить голову, как проблема исчезла — и Маханон, чувствуя в руках нервную дрожь, от которой его едва ли всего не потряхивало, неуверенно шевельнул губами, повторяя за тем, что краем глаза видел в лагере тут и там. Это же должно быть приятно? Ну, ему, по крайней мере... Пока получалось только ужасно волнительно — и немножко скользко, но, но... Прекращать не хотелось — хоть и ели под ложечкой сомнения о том, сколько это должно длиться вот так, но податься назад казалось немыслимо — и Маханон вместо этого только больше толкнулся головой вперёд, пытаясь прихватывать губы Элланы своими, понимая, что будет совершенно не знать, что ему делать, когда это вдруг закончится...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

27

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

совместно

И вовсе носы не мешали, хотя этот вопрос быстро перестал быть таким важным, сменившись множеством других. Этот поцелуй совсем не походил на обычные легкие прикосновения к щеке. Сердце от него стучало так сильно, что вот-вот могло выскочить, особенно когда Хано начал шевелить губами, а она пытаться повторить. Больше всего это походило на попытку удержаться друг за друга и было странно и приятно, и неловко одновременно, особенно ещё и от того, что не хотелось отстраняться, но мучительное понимание, что вроде как нужно, чтобы осмыслить, чтобы понять что только что произошло, маячило на горизонте.

Эллана не знала сколько длился поцелуй, наверное до того момента, как она окончательно поняла, что это больше не игра. И не просто так «давай попробуем», что это шаг в какую-то другую, новую взрослую жизнь, который Эль сделала шутя, предпочтя довериться другу, а не увивавшемуся за ней охотнику. Может быть она поспешила и пожалеет потом об этом? Особенно если сейчас отстраниться и увидит на лице Маханона сожаление. Но отстраниться надо было. В последний раз шевельнув губами, навстречу магу, Эллана качнулась назад и открыла глаза, смущенно моргая, не зная что и сказать.

— Мне понравилось, — только и пришло ей в голову.

Маханон, прикрывший глаза в этом поцелуе, потянулся за ней следом, словно пытаясь поймать, и, очнувшись, торопливо отдёрнул голову, закусывая губы и исподлобья виновато за эту "настойчивость" глядя на Эллану, словно сделал что-то лишнее. Та выглядела такой всполошенной и смущенной, да он и сам, наверное, никак не лучше — оба мокрые после купания с головы до ног... Дышать вперемешку с колотящимся сердцем было тяжело, и на губах всё ещё млело скользящее это марево касаний — неловкое, нежное и в самом деле очень приятное... Не просто так — в щеку, в скулу, коротко и щекотно, а по-настоящему... По-настоящему поцеловаться — нравится с теми, кто нравится... И хотелось ещё. Очень, очень хотелось ещё — целовать её, пока совсем всё дыхание не кончится, и потом, когда кончится, тоже всё равно целовать... А если она оттолкнет его, если скажет, что с другом больше нельзя? Но ведь в первый же раз поцеловала... Значит, не такие уже они теперь и "просто друзья"?.. Вот, девушка, которую я поцеловал — это уже... уже... не "просто попробовать"... Как такое вообще можно "просто попробовать" — а затем взять и прекратить? Будто ничего не было... Нет, так не должно быть. Совсем не должно. Целоваться — это вам не просто так...

И, словно доказывая это, Маханон поднял руку из воды, касаясь щеки Элланы и соскальзывая пальцами чуть за ушко, привлекая её к себе и вместе с тем сам наклоняясь вперёд, чтобы снова поцеловать, в этот раз — уже сразу правильно повернув голову. Ну... может, он не разобрал про носы с первого раза? И вообще, сначала ты меня, потом я тебя, разве не так всегда было правильно?..

Эллана и не поняла толком как это случилось, что она вновь оказалась целующейся с Маханоном, только в этот раз смелее, обнимая его и прижимаясь. Может быть и не правильно, кто же спорит? Но если приятно, то, наверное, именно так и должно быть? Раньше и держаться за руки хватало, и лежать рядом на лугу, среди высоких трав, и смотреть на проплывающие мимо облака, а теперь целоваться. Это казалось так естественно, словно вытекающее одно из другого, словно так всегда было и так и должно было быть, получилось само собой и вовсе не потому, что она что-то ему навязала, уронив с дерева. А может быть упав, они повредились умом? Друга, брата не станешь так целовать. Только того, с кем намеренна всю жизнь провести. И страшно и спокойно от этой мысли, но прерываться совсем-совсем не хочется и открывать глаза, и страшно даже спросить. Что если «попробовать» так и останется шалостью, которую они оба позволили себе, перегревшись на солнце летним днём?

— Значит больше мы не друзья? — неуверенно спросила Эллана, когда им всё же пришлось прерваться. Она все ещё цеплялась руками за Маханона, словно он мог осознать, что совершил ошибку и убежать, но смотреть в глаза опасалась, глядя куда угодно кроме.

Отредактировано Ellana Lavellan (2019-03-17 18:29:42)

+1

28

совместно
В этот раз получилось лучше — во всяком случае, сам Маханон старался, чтобы было лучше, сосредоточившись на том, что он делает и для чего. Поцеловать её так, как Шайенн никогда не сможет. Оттеснить его, занять его место, заслонив от неё и не подпустив больше ближе. Пусть утрётся, и никуда он её не "возьмёт"...

— А? — удивлённо и одновременно испуганно переспросил Маханон, когда момент прошёл и губы их как-то сами собой разомкнулись... наверное, чтобы лучше ощутить случившееся. По коже неприятно полыхнуло этим "не друзья". — Нет! В смысле... почему? — совсем растерялся Первый, только сейчас поняв, как близко к нему прижалась Эллана и что его рука оказалась где-то у неё на спине. И рефлекторно прижал её сильнее, чтобы не отпустить. Словно если сейчас он ее отпустит, произойдет что-то совсем неправильное и страшное. — Мы...

Друзья. И не только друзья. Больше чем... друзья? Кто они теперь, и правда? Пара? Просто вот так? Когда Шайенн за ней по пятам ходит? Маханон не знал, можно ли это так называть, и пустота непонятности впереди заставляла отчаяннее цепляться за то, что было. Он не хочет терять с ней дружбу, совсем-совсем не хочет! Только не это, только не остаться совсем без неё...

— Мне тоже понравилось. И... ты мне нравишься, вот, — торопливо сказал маг, чуточку насупившись и явно смутившись, добавляя уже потише и куда-то вниз: — Очень...

Говорить об этом было почти ужасно — казалось ужасно, но, когда она вот так почти лежит на нем и сама ещё не очень ровно дышит от поцелуя, то, вроде как, уже и не так страшно?..

Она хотела ответить: потому, что друзей так не целуют, но споткнулась о неизвестность. Кто же они тогда, если не друзья? А может можно быть всем сразу и дружить и целоваться? Может и с Шайном ей вовсе этого не хотелось, только потому, что они никогда не дружили, не играли вместе, у них не было какого-то прошлого, общих секретов и Шадайенн никогда не носил тайком ей сладости, когда родители за что-то наказали. Он просто взялся откуда-то, снизошел к ней с бревна для ребят постарше и заявил во всеуслышанье, что теперь её парень. Или нет? Все было не так? Признаться, она не очень хорошо помнит тот момент, когда все в лагере начали так считать. Но теперь, прижимаясь к Маханону и чувствуя, как его рука напряглась на её спине она сожалела только о том, что Хано не сделал так же. Как все было бы проще и понятнее тогда. 

— А? — переспросила она, словно не услышала, но услышала на самом деле очень хорошо. Нравишься. Ну да, Эллана всегда это знала. Еще с самого детства. И Хано ей тоже нравился. Было бы странно столько времени проводить вместе и на дух друг друга не переносить. — Ну да, ты мне тоже, — кивнула Элль, словно это было для неё само собой разумеющимся. — Так ты думаешь, что можно вот так? Дружить и целоваться? И что нет в этом ничего такого? — закусив губу, от переполняющего волнения, не зная куда деться и как с этим быть, Эллана подняла глаза на Маханона, ища ответов.

— Просто я не знаю… Шайн если узнает откусит мне голову. С ним не захотела и до сих пор не хочу. Зато с тобой… — запнувшись, смутившись собственных слов и попробовав их зажевать, смешать с дыханием, которое почему-то перестало быть простым, не требующим внимания действием, Элль все же решилась добавить. — Хочу.

Он только открыл было рот, чтобы возразить — нет, не в этом плане... то есть в смысле нравлюсь?! э, ну, я про... — но Эллана продолжила, и Маханон прикусил язык, чувствуя кошмарную неловкость в том, как держит руку на её спине — как-то очень коряво, неправильно, — и только хмурясь, когда она упомянула про откушенную голову. Вот ещё! Во-первых, не ей, а ему, а во-вторых — пусть попробует! Шарахнуть его молнией хорошенько, чтобы уже отстал наконец... Хранительница будет против, будет ругаться, накажет его — ну что он, не переживёт что ли? Зато Шадайенн больше не посмеет тянуть к Эллане руки. Он ей не нравится, она сама так сказала! Ну... не совсем так, но почти же? И Маханон совсем не хотел смотреть, как он пытается, как губищи свои будет к ней тянуть — фу, нет! Нетушки. Тем более...

...как только сделать так, чтобы щеки огнём не горели, словно ещё чуть-чуть, и правда вспыхнут? Даром что вода мимо журчит и солнце в плечо припекает....

— Ну и к демонам его тогда, — улыбнулся вдруг Маханон, и аккуратно ткнулся вперёд, поцеловав самый уголок губ девушки. Так ведь тоже можно? И в нос, и в подбородок, и... везде. — Пусть злится. Главное, что нам нравится, А он пусть за Лайрой ходит. Долго не придётся!

Это что же теперь получается?.. То есть... Эллана хочет быть с ним? Совсем-совсем с ним, всегда? Чтобы и свадьба, и дети, и один аравель, как его родители? И как её... Маханон не знал, как с этим огромным возможным будущим справиться мыслью, от такого сердце билось под самый кадык, но только одно он сейчас понимал особенно ясно — что этого ему очень хочется и ух, как было бы здорово...!

Послать Шайна к демонам Эллане в голову как-то не приходило. Она улыбнулась смешливому этому поцелую, но задумалась над прозвучавшими словами. Как она теперь будет разговаривать с охотником? Как выпутываться из всего случившегося? Не может же она прийти в лагерь и попросить Шадайенна больше за ней не ходить, не занимать место, не приглашать танцевать, не помогать на охоте и не делать еще кучу всего, из-за чего он считается её парой? Или может? Но как запретить делать то, что ему хочется? Игнорировать? Это так не честно и не красиво. Просто заверить в том, что все бесполезно и она всё равно за него не выйдет? Он рассмеется, назовёт глупенькой, уверенный в том, что через год Эллана повзрослеет и изменит решение. Начнет еще чего доброго ухаживать с удвоенной силой. Просто рассказать, что выбрала Маханона? А выбрала ли? Хано так и не сказал, что любит и хочет чтобы… ну, быть как Шайен, считаться её парой. Да и… если Маханону это так… просто поцеловаться, несерьезно, то когда ему надоест, она останется одна, без пары и тогда всё равно придётся выходить за кого-нибудь замуж. Пусть даже и за Шайна. 

— Звучит как-то не очень честно, — сумбурный вихрь мыслей в котором Эллана пребывала не мог не сказаться на её речи. Элль вряд ли отдавала себе отчет в том, что Хано не мог слышать о чем она думает и почему говорит с таким волнением и торопиться решить всё здесь и сейчас. — Я не могу обманывать, целуясь с тобой за его спиной. Да и разве тебе приятно смотреть, как он за мной весь день увивается? Ты сказал, что ревновал бы будь на моем месте. Но ты не ревнуешь, значит и… мы просто целовались, да? Это ничего не изменило?

— Нет! — протестующе вскинулся Маханон, сводя брови. — То есть, да... В смысле — что изменило? — окончательно запутался он, заерзав в плескающейся воде и разгоняя облачка ила, чтобы удобнее сесть и не выпустить при этом Эллану. — Ты... эм... Э... — маг сглотнул смущение, — хочешь ведь, чтобы со мной? Ну, быть... Я тоже хочу. Чтобы ты со мной была, не с ним, — почти восклицая, Первый мотнул головой. — И что ты мне нравишься, это, ну, не просто когда нравишься... Это, ну... Совсем очень, — горя стеснением, маг потупил взгляд, тяжело дыша и не зная, как ему сказать. — Я не потому не ревновал, что не ревновал... в смысле, ну, ты же... Ты вроде как хотела с ним быть. А теперь нет. И я не отпущу тебя к нему, раз нет, — упрямо сверкнул глазами парень, целеустремлённо насупившись. — И ему всё так и скажу, что ты с ним не хочешь. Пусть хоть драться лезет, хоть что...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1

29

совместно

— Но ты ведь ни разу не спросил хочу ли я быть с ним! — возмутилась Эллана, чуть ли не перебивая Маханона, аж заёрзав на месте как хотелось сказать, но пытаясь дослушать сбивчивую речь мага до конца. — И ни разу не сказал, что хочешь, чтобы я была с тобой! Я вообще думала, что тебе не интересна и ты даже дружить со мной больше не хочешь, только одолжение делаешь, когда я нахожу тебя в лесах или где угодно ещё, не важно! Да как вообще я должна была догадаться! Если бы я не… — охотница так рассердилась, что чуть было не проговорилась, вовремя прикусив язык и надувшись отвернулась пыхтя, словно огнедышащий дракон. Ей даже казалось, что из ноздрей при каждом вздохе вырываются колечки дыма. Как же всё это было странно и неправильно. Понятная жизнь, день изо дня шедшая словно аравель по накатанной колее шемленских дорог, вдруг испарилась оставив её в растерянности стоять посреди поля, объятого грозой: в какую сторону не ступи — везде в тебя молния попадёт. И вовсе Эллане не хотелось, чтобы Хано и Шайн дрались из-за неё, и чтобы маг ходил весь в синяках не в силах противостоять ударам охотника и гордо не отвечая магией. Может быть, если бы он хоть раз ударил Шадайенна посильнее тот бы и думать забыл о своих нападках. — Я сама все ему скажу, как-нибудь. Не надо драться.

— Надо, — тихо возразил Маханон, прикоснувшись и обняв Эллану со спины.  — Если по-другому он не поймёт.  А он не поймёт. Я сам не очень понимаю...  — ...а в ушко ее поцеловать можно? Или в рыжие прядки вот тут, прямо за ним? Мокрые, тёмные от воды, прилипшие к коже и едва-едва начинающие подсыхать на солнце, пушиться отдельными волосками. Можно же? И Элль не вырвется и не сбежит? Не испугается его?.. Тот поцелуй был такой приятный, что хочется совсем не языками молоть. И не про Шайна думать. А о том, что вдвоём, оказывается, может быть очень хорошо и так  — тоже.

— Я только то понимаю, что больше к нему не пущу тебя. И увести не дам. Я не думал, что тебе это понравится, ну, если бы я... раньше предложил. Шайенн же, он... А ты его и лучшим не считаешь. И правильно. К демонам его, — Маханон неуверенно ткнулся носом к ушку девушки и невольно улыбнулся широко и довольно от того, как эта простая малость подняла внутри волну какой-то неизмеримой радости. Так можно. И поцеловать, и обнять... и как же от этого здорово! И какая же она — чудесная. Как он без неё и куда? А главное, зачем?.. — Я тебя люблю, очень. И не отдам никакому Шайенну.

Услышав заветное «люблю», с такими приятными, греющими душу заверениями, Эллана повернулась к Маханону и прижалась к губам, пытаясь нежно поцеловать, дотянуться до него через плечо. Как же хорошо всё-таки, что несколько дней назад она приносила ужин дозорным и подслушала тот разговор. Ведь страшно представить, как сложилась бы жизнь, если бы Хано и дальше считал, что Шадайенн для неё лучший. Он хороший охотник — тут не поспоришь. Нет никого кто был бы сильнее, ловчее, быстрее и метче. Но разве эти качества важны для поцелуев? Для свадьбы? Для жизни? Ох, хотя о свадьбе думать, пожалуй очень рано, но… С Хано они итак всю жизнь вместе, так почему это должно измениться если чуть-чуть расширить границы того, что им приятно делать друг с другом? И от поцелуев этих хотелось только одного — не останавливаться. Сидеть здесь у реки до позднего вечера. Разве не этого она хотела? Дружить с Маханоном всегда-всегда? Как в детстве обещала. И чтобы никто им не мешал, и чтобы он сам тоже к ней приходил, как раньше. Этого! Тогда и замуж не страшно. Как можно бояться рядом с ним чего-нибудь. Только за него.

— Я не хочу, чтобы Шайн снова избил тебя, — упрямо поджала губы Эллана, когда шея онемела от неудобной позы и вновь пришлось отвернуться, только это уже не обиженный был разворот, наоборот, ей понравилось сидеть так, когда Хано обнимает её со спины и тычется носом в ухо. Она гладила его по руке, то переплетая с ним пальцы, то вновь забирая и тревожа редкие волосинки, проводя подушечками пальцем против их роста. — Давай схитрим? Я попрошу мастера Араторна поставить меня в пару с кем-нибудь другим, а вечером ты будешь садиться с нами. Мы же там все вместе сидим. Я и Лайру с Неей попрошу помочь. Они только рады будут! Особенно Лайра. Она будет рядом с Шадайенном вместо меня. А потом, после ужина, мы будем сбегать. Мне не нужны без тебя никакие танцы. Все потихоньку привыкнут, что мы с тобой вместе всегда-всегда и не придётся ни с кем драться.

[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/81074.png[/icon]

+1

30

совместно
Этот поцелуй её крепко ткнувшихся губ был таким внезапным и до того неловким, что округливший глаза Маханон разулыбался чуть ли не до смеха, целуя Эллану в ответ, крепко прихватывая её губы. Хоть и неудобно вот так, и странно оно получается, целовать, но так здорово... И почти что даже слишком жарко. Сглотнув, Маханон невольно глянул вниз, поерзав от неудобства, но Эллану из рук не выпустив, только закусил губу, пока она не смотрела. Так себе медитация вышла, конечно... Но за эти вот прикосновения лёгких пальчиков Элланы, чуть ли не дыбом ставящие бледные волоски на его руках, Первый был готов даже не что, тысячу укоризненных вздохов и взглядов Дешанны вытерпеть. Он потом исправится, честно!..

— Думаешь? — с некоторым сомнением проговорил Маханон, не веря, что от Шайна будет так легко уйти. — Обзовёт меня потом трусом. Что мне слабо было прямо сказать... — чуточку насупился маг, крепче обнимая Эллану. Ему-то тоже так сидеть понравилось, он даже не сразу осознал, что обнимает её поверх... ох. Ну, если и поверх плеч при этом, то не страшно же, да? Как бы не свербело этим зачарованным желанием однажды увиденное — потрогать, даже толком не зная, зачем. Он же... ничего такого с ней не хочет делать, он ей даже не парень пока, и сколько ещё, прежде чем им разрешат принести обеты... Это же ох когда будет — ещё только после того, как примут валласлин, а это уже само по себе казалось огромным и важным шагом, способным изменить весь мир. Мир, в котором ты будешь уже не ребенком, а взрослым, самим за себя решающим и на столькое способным...

Но то будет ещё не скоро. Год, даже два... А пока его задевает даже это "слабак", не раз брошенное охотником. Он не слабак! Просто Шадайенн всей своей силой гремит против безоружного. Впрочем, охотник и сам дерётся голыми руками, не применяя мастерства с луком. Так уж ли он не прав...

— Но ты же не причём, это я тебя первая поцеловала, — возразила Эллана и ущипнула Хано за руку, не больно, совсем легонько просто потому что захотелось. А потом взяла и поцеловала куда ущипнула, тоже просто потому что захотелось, и вывернулась из рук Маханона, поворачиваясь лицом, усаживаясь к нему на ноги так, чтобы упереться коленями в ил и держаться за плечи.

— А если вы подеретесь, думаешь будет лучше? Почему вообще кто-то должен драться из-за моих решений? Они же мои, — склонив голову на бок, спросила Элль, рассматривая веснушки на носу друга и быстро целуя одну за другой. Удивительно сколько всего теперь было можно. И сидеть вот так не смущаясь, и целовать куда хочется, и знать, быть уверенной, что больше он не отвернётся! И почему ей только в голову не пришло затеять этот разговор раньше! Может быть и Шайна тогда никого не было бы. Идея с дракой Эллане категорически не нравилась, и все мысли охотницы были только о том, как можно её избежать. Она никогда не чувствовала особой гордости от того, что Хано ходит с синяками. Если бы он хотя бы мог использовать магию, чтобы защитить себя! Конечно, Шайн сильнее и бьёт метко, но он просто знает как и куда — столько времени проводить в лесах, тренироваться и специально учиться драться, чтобы не только охотиться, но и в дозоре стоять. А магу что? Медитации? Это ужасно и абсолютно не честно. Медитацией себя не защитишь, а магией нельзя. Так что драка эта совершенно не равная.

— Если хочешь, вернёмся в лагерь и я скажу ему, что выбрала тебя и чтобы он больше за мной не ходил. Но если он полезет на тебя с кулаками, обещай, что будешь защищаться. И магией тоже, — серьёзно попросила Эллана, внимательно глядя на друга в прищурку, потому что солнце за его головой чуть слепило глаза.

Маханон несколько оторопел под градом этих поцелуев шустрой, как белочка, Элланы, жмурясь и улыбаясь их приятной щекотке. Сердце в груди трепетно подскакивало от каждого — прямо говорящего о том, что Элль это всё тоже хочется и нравится, а не только ему самому. Уж в себе-то он был уверен...

— Я обещаю, — улыбнулся парень. — Я всегда защищаюсь. Куда сложнее мне ему самому не врезать... — парень нахмурился. — Он же специально нарывается. Говорит всякое. А я не могу, чтобы он и говорил, и ушел, как будто мне всё равно... Amelan говорит, что надо, а я всё равно не могу, — он вздохнул и постарался перевести тему. — А чтобы ты выбрала, мне нужно предложить. Так, чтобы все видели. И знали. Так что это моя забота, Элль. Я что-нибудь придумаю, раз, э... ты этого хочешь, — улыбнулся Маханон, разглядывая лицо оседлавшей его колени девушки. Какая же она всё-таки милая. И красивая. И веснушки эти, и топорщащиеся лохматой рыжиной волоски, и чуточку курносый нос, и... тихо усмехнувшись, Маханон потянулся вперёд, чтобы снова — и долго, постепенно понимая, как это лучше делается, как приятней, — поцеловать её, чувствуя сладкую оторопь в подвздошье...

Эллана и сама не знала, чтобы выбрала. Она и не видела никогда, чтобы кто-то прямо заявлял о своих отношениях — все они как-то сами собой сначала вместе гуляли, общались, проводили друг с другом всё больше времени, а потом целовались у костров и в тени аравеля, ну а дальше клятва Уз, дети… так было у всех. Может совета у кого-нибудь спросить? У Дешанны? Уж она-то, наверное, знает как поступить и Шайна сможет приструнить, чтобы зря не нападал на Маханона. Но заикнуться сейчас про Хранительницу всё равно что сказать: нет, я тебе не верю, не доверяю, считаю слабаком. Так нельзя. Она должна довериться ему так же, как доверялась всегда. Только бы Шадайенн его не побил! А то не ровен час, Элль и сама побьёт Шадайенна. Или папу попросит разобраться.

— Ладно, я тебе верю, хотя с Шайном все же поговорю. Пусть больше не ходит за мной по пятам. Скажу ему, что хочу быть только с тобой и всё, — улыбнулась Эллана, вновь долго и с удовольствием целуя Хано. Она так увлеклась, что даже лизнула его губу. Было в этом что-то такое, словно пощекотать или ущипнуть но только языком. Как новые правила игры. Неожиданные и такие... приятные? Интригующие? Если можно касаться губами, то почему языком нельзя? Или можно? Надо подсмотреть у кого-нибудь из парочек в лагере как они целуются и попробовать так же.

От этого касания язычка было одновременно по-детски смешно — до хихикающих улыбок и понимающих взглядов глаза в глаза; и в то же время — так дико-дико тепло и приятно до неприличия. В тихом восхищении глядя на Эллану, Маханон едва-едва водил взглядом по её лицу, снова и снова прогоняя по мыслям это осознание. Что она и правда хочет быть с ним. Что она будет — всегда-всегда, на долгие годы вперёд. Что она будет его всем — уже стала его всем, — и обещает ему шанс стать всем для неё. Широко улыбнувшись, Маханон озорно чмокнул девушку в нос — нечаянно инициируя соревнование, кто кого быстрее и ловчее зацелует, а затем бессовестно выигрывая, просто в какой-то момент ловя поцелуем её губы — и снова превращая баловство в долгую ласку, сбившую дыхание им обоим. Это оказалось так увлекательно, будить в себе эти зудящие, дразнящие чувства, и никак не получалось нацеловаться достаточно, наприжиматься плечами друг к другу, насидеться в тени, выставив ноги на солнце и уложив голову на плечо, просто радуясь тому, что вместе.

Наконец они снова переплыли реку, вернувшись на оставленный берег, и Маханон, попросив Эллану повернуться спиной, помог высохнуть её одежде — а потом она повернулась, почувствовав прикосновение ладони к талии, и как-то совсем незаметно они снова пропали друг в друге, просто стоя и целуясь, так что ещё немного — и рубашка Маханона высохла бы и без всякой магии.

Время было почти обеденное, но если для Маханона это было время найти припрятанную за камнем сумку, натёртую зверобоем и лавандой для защиты от любопытства мелких животных, способных легко утащить вещь, пока маг медитирует и не слышит ничего вокруг себя, — то Эллану как раз начало основательно клонить в сон после ночной охоты. В лагерь они вернулись в первых сумерках — одна идти вперёд девушка наотрез отказалась, оставшись спать в траве рядом, головой на опустошенной сумке. Колени свои маг из опасения не предложил — тогда уж точно ни о какой медитации не могло быть и речи...[icon]http://forumfiles.ru/files/0019/75/58/11982.png[/icon]
[desc]<br><a href=#tid=00></a><div class="namedesk">Маханон Лавеллан, 16<br>Первый клана</div>[/desc]

+1


Вы здесь » Dragon Age: final accord » За Завесой » A moment to remember [Солис 9:34]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC