Вверх страницы

Вниз страницы

Dragon Age: final accord

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: final accord » Воспоминания прошлого » One step closer [Первопад 9:42]


One step closer [Первопад 9:42]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

One step closer
[html]<center><img src="http://forumfiles.ru/files/0014/dc/43/20770.jpg" class="illust_ep"></center>[/html]
Та короткая, но яркая встреча на празднике победы в Скайхолде не могла не получить продолжения.

Дата событий:

Место событий:

первая неделя Первопада (11), 9:42 ВД

Орлей, город Вал Карнак

Эсмераль де Жевинь, Маханон Лавеллан
Вмешательство: нет

+1

2

Герцогиня проснулась ближе к полудню. В камине уютно потрескивало пламя разведённого заботливой служанкой ещё несколько часов назад огня. Тяжелые бархатные шторы на окнах были раздвинуты и убраны в теснённые золотом плетённые петли с тяжёлыми кистями на концах, а из приоткрытой двери в гардеробную тянуло свежим осенним воздухом с привкусом прошедшего недавно дождя. Эсмераль сладко потянулась и лицо украсила довольная улыбка, когда тонкий аромат свежезаваренного кофе коснулся её ноздрей. Идеальное утро. Аделена всё предусмотрела, впрочем, как и всегда. Не спеша скидывать пуховое одеяло и являть новому дню облаченную лишь в украшенную тонким кружевом шелковую сорочку фигуру, Эсми протянула руку, дернула за шнурок, и переливистый звон колокольчика прорезал тишину, царящую на втором этаже старинной усадьбы, принадлежащей на протяжении вот уже века семье скончавшегося почти год назад мужа, а теперь поступившей в её личное распоряжение.

Не прошло и пары минут, как в комнату легкой, почти не слышной поступью проскользнула эльфийка и склонилась в почтительном поклоне, ожидая приказаний госпожи. Длинные каштановые волосы служанки были убраны в две тугие косы, спускавшиеся ниже лопаток. Молоденькая, но меж тем уже более десяти лет сопровождавшая Эсмераль в любых поездках, доверенная настолько, насколько вообще может быть посвящена прислуга в дела госпожи, и преданная. Она родилась ещё в Монтсиммарском имении у горничной и плотника, и с раннего детства обучалась прислуживать дамам, предугадывать желания, и вот теперь, подняв на герцогиню васильковые глаза, приветливо улыбнулась и расправила красный бархатный, специально нагретый тёплым воздухом у печи тяжёлый халат:

— Доброе утро, госпожа, — словно журчание ручейка мелодично сказала она, помогая де Жевинь облачиться.

— Доброе утро, Адель, — ответила Эсми, захлопывая полы халата и перевязывая на талии толстым поясом, чтобы не разлетались. — Почту уже доставили? — через плечо спросила она, подходя к окну. Герцогиня отвела тонкую, почти невесомую прозрачную шторку в сторону и выглянула на улицу. Порыв ветра сорвал с клена жёлтый сухой листочек и, покружив в воздухе пару мгновений, бросил к корням дерева, где множество таких же украшали жухлую траву разноцветной кучкой. Осень. Начало года не за горами.

— Да, госпожа, всё здесь, — услужливо откликнулась Аделена, копошась у столика рядом с камином: наливая ароматный кофе в красиво расписанную цветочным узором чашку из тонкого антиванского фарфора, пододвигая ближе кресло, ставя перед ним пуф — всё это Эсмераль слышала, не оборачиваясь. Скучно и предсказуемо, день за днём, но и в такой привычности бытия было своё очарование.

— Спасибо, Адель, можешь идти, — через плечо кинула герцогиня, наблюдая как садовник сметает опавшую листву с подъездной дороги размеренными шаркающими движениями растрепанной метлы. В саду каркнул ворон, вспугнутый с ветвей кошкой, ловко забравшейся на дерево. За спиной Эсмераль тихо закрылась дверь, и де Жевинь, вздохнув, отвернулась от окна и плавной походкой, словно она ступает не босыми ногами по мягкому пушистому ковру из шкуры собственноручно убитого на охоте герцогом бурого медведя, а по начищенному до блеска паркету бальной залы императорского дворца, подошла к столику, усаживаясь в кресло перед ним с достоинством аристократки и устраивая ноги на пуфик, пододвинутый ближе к огню.

Сделав маленький глоточек терпкого напитка, Эсмераль потянулась к почте, перебирая письма одно за другим. Скучно: письмо от управляющего верфью; придворные новости; пожилая тетушка с последними сплетнями из Монтсиммарской глуши; старшая сестра с новой порцией нотаций и слухов из столицы, Легранд — сколько раз она просила не писать ей напрямую? (раздраженно откладывает конверт в сторону), маркиз де Роган — аккуратно вспарывая ножом для бумаг конверт, герцогиня быстро пробегает глазами по письму, в котором приглашение на проводимый маркизом аукцион с приложенным перечнем ценностей, которые могли бы заинтересовать де Жевинь. Мельком ознакомившись со списком, Эсми отложила конверт в другую от Легранда сторону и приступила к чтению письма тётушки, заметно улыбаясь, когда речь заходила о сыне, и хмурясь при напоминании о скором дне рождении дядюшки Авери. Письмо сестры Эсмераль читает в последнюю очередь.

Задумчиво покрутив конверт от любовника в пальцах, Эсми хмыкнула себе под нос и, плавно поднявшись, подошла к камину. Долго смотрела на пламя, бушующее за решеткой — видимо, Аделена подкинула щепок, — и небрежно кинула письмо стража к ним. От тётушки герцогиня уже знала о том, что дальний родственник навестил её и с большим интересом отнёсся к Эстебану, и теперь догадывалась, о чем пишет ей и какие вопросы задаёт. Эта неприемлемая обществом связь, укоренившаяся за столько лет, постепенно превращалась в меч, висящий над её головой на волоске сына. И пока она не обрушилась лавиной неприятных последствий, нужно кинуть обществу другую кость. Укрыть скандальное чем-то более скандальным, из чего при этом можно извлечь выгоду.

Наблюдая за тем, как чернеет и скукоживается неудостоенный внимания конверт, стирая содержимое, написанное ровным строгим почерком военного, Эсмераль прокручивала в голове всю информацию, которую успела почерпнуть из чтения доставленной рано утром почты. День рождения дядюшки в кассусе, аукцион в начале умбралиса — кажется, там значатся долийские экспонаты, Сатиналия, сплетни-сплетни-сплетни, та интригующая встреча в Скайхолде… и в голове герцогини начинает приобретать очертания план, способный не только развеять скопившуюся скуку, но и удовлетворить скопившиеся в последнее время интересы.

На подъездной дорожке раздался шум подъехавшей кареты, вырывая Эсмераль из задумчивости. Она поворачивает голову к окну и её губ касается лёгкая улыбка. Взгляд скользит по картине на стене напротив кровати, написанной спустя несколько лет после свадьбы. Супруги. Седой мужчина со строгим, испещрённым морщинами лицом, и юная девушка. Давно пора было её сменить на нечто более располагающее к приятным мыслям перед сном.

— Господин Крюсолли ожидает вас в малой гостиной, — незаметно проскользнув в комнату, доложила эльфийка о прибытии приглашённого молодого художника, успевшего прослыть у местной аристократии весьма талантливым.

— Приготовь то платье, помнишь? О котором мы с тобой на днях говорили, и закажи у мадам Клари эскизы новой коллеги. Пусть пришлёт с каким-нибудь мальчишкой, — отдав распоряжения, Эсмераль не спеша допила кофе и отправилась в будуар загадочно улыбаясь шалости, которую задумала, и заранее представляя себе лица местных дам, когда по городу поползут слухи о том, какую картину она заказала художнику.

Позже, вечером, удобно устроившись в кабинете за массивным столом из красного дерева с резными ножками и несколькими выдвижными ящиками, Эсмераль раздумывала над тем, как бы половчее написать заинтересовавшему её на балу в Скайхолде долийцу, так, чтобы намёк был достаточно завуалирован, но в тоже время понятен неискушенному в жизни дворянства эльфу. Написать просто не позволял статус. Написать так, как она ответила бы увлечённому ею графу Шабо… может не понять. Покрутив в пальцах перо, Эсмераль макнула его в чернила и размашистым, украшенным вычурными завитушками почерком вывела:

«Любезный сударь,

Надеюсь моё письмо найдет вас в добром здравии, а лавры одержанной Инквизицией победы не вознесли вас так высоко, что вы откажетесь удовлетворить мою маленькую просьбу и навестить меня в Вал Карнаке в первые дни умбралиса. Я буду весьма признательна если вы составите мне компанию на празднике Сатиналия, а после на аукционе маркиза де Роган, где мне и понадобиться от вас небольшая услуга, как от лица куда более просвещенного в долийской культуре, чем ваша смиренная знакомая.

С надеждой на новую встречу,
Эсмераль де Жевинь.»

Припудрив написанное, дав чернилам подсохнуть, Эсмераль поручила Аделене присоединить к нему её визитную карточку и как можно быстрее отправить в Скайхолд.

Отредактировано Esmeral de Gevigne (2019-04-22 09:29:41)

+1

3

Маханон медленно выдохнул, опуская руку с зажатым в пальцах деликатным листом бумаги на шершавый и холодный каменный бортик беседки. Осень основательно взялась за скайхолдский сад, пуще прежнего расцвечивая его красными и жёлтыми оттенками, намекая о приближающемся новом сезоне зимних холодов, способных пробраться даже сюда, в защищенную древней магией внутреннюю часть крепости. Скоро будет год тому, как необычные эти стены дали приют силам Инквизиции. Год, за который всё изменилось больше, чем Лавеллан когда-либо мог себе представить, следуя по горным перевалам рядом с пережившими погребение Убежища и ещё видя впереди какую-то надежду. Год, унесший множество жизней — год, лишивший его всего, о чём можно было думать и мечтать, к чему стремиться, год, в котором от всех обширных земель его мира остался один огрызок бытия — это вот затерянное в горах место, где его ещё хоть кто-то знал и помнил. Осталось из всего, что было, только понимание, что труд его нужен, било по пяткам прутом, заставляя сделать ещё один шаг. Оно — да желание мести. Крови за кровь. Позади щерила пеньки опалённых древесных остовов покрытая пеплом земля, и думать не только о ней помогали неизменные заботы настоящего. Он не знал, что будет делать потом — может, поэтому поиски его были так... осторожны. Словно из опасения найти сразу слишком много правды... да нет. Не из-за этого. Просто руки его были коротки.

Долиец стиснул пальцы, с легким хрустом сминая в них край письма. Лавры победы... Тогда, на крепостной стене, он хотел только одного — забыться, отвлечься, без сомнения и промедления ныряя в огонь, используя каждый миг мелькнувшей возможности, чтобы не чувствовать зияющей в сердце пустоты, хуже которой ничего на свете не было — только, наверное, уступить её зовущим из-за Завесы голосам. Его толкала вперёд слепая жажда, в которой не было ни капли здравого смысла, на грамма расчёта или рассудительности, ни толики заботы о последствиях, о завтрашнем дне, и за свою дерзость Лавеллан получил по заслугам — как сам считал; герцогиня, сыграв с ним одну партию, предпочла удалиться и игнорировать его существование, тем самым только подчёркивая, что случившееся на стене ему не привиделось — и оставляя гадать, зачем, так и не получив ответа. Но безразличие есть безразличие, знатная леди и без того, надо полагать, позволила себе больше рискованных игр с репутацией, чем стоило, поддавшись любопытству прохладного вечера. И вот теперь вдруг, месяц с лишним спустя — письмо. Когда даже трепавшие языками и с хитрецой спрашивающие об успехах знакомые стражники оставили тему, утомившись нарочитым равнодушием татуированного эльфа к этим подколкам про благоволение знати и героизм на любовном поприще. Нда. К чему бы теперь ему всё это? А ей? Долиец не знал, словно ему в руки попал какой-то древний, как сама магия, артефакт — и он, понимая его немалую значимость, понятия не имеет, как эту значимость из него извлечь, как подступиться и куда применить. Внимание орлейской герцогини далеко не последнего — ну не просто же так она герцогиня? — рода — это серьёзный жест, который нельзя просто взять и проигнорировать. Это будет опрометчиво с его стороны. Недальновидно, как учила Хранительница.

Переведя дыхание, Маханон снова встряхнул лист и разгладил, заново пробегая глазами по выведенным красивым почерком строчкам и рассматривая гербовую карточку с тиснёным символом орлейского рода. В конце концов, это может ещё ничего и не значить. Знакомство с ним просто сочли полезным, ему предлагают оказать услугу, а услуги могут быть дорогим товаром... если суметь его достойно продать или разменять. Несколько месяцев поисков и разговоров преподали ему хороший урок о стоимостных соотношениях. И пока они были крепко не в его пользу.

До Вал Карнака дней десять пути, если поспешить. Отправившись через пару дней, он как раз появится там к началу Сатиналии. Даже просто из любопытства — что за нужда или какой особый расчёт толкнули герцогиню на ещё один шаг вперёд к продолжению знакомства. В задумчивости прикоснувшись к губам кончиками пальцев, Маханон опомнился и с нажимом потёр подбородок, глухо двинув горлом. Глупости. Лучше бы и правда ничего не значило. Последнее, что ему сейчас нужно — это такое внимание шемленки. Даже герцогини — или тем более герцогини? Важнее другое — всё это затянется на месяц, если не больше. Месяц отсутствия на службе и месяц не при делах ко всем тем запросам, что сыпятся сейчас горой на Инквизицию так, что перепадает и их подразделению, уже и без того расширенному, но всё равно получающему больше просьб разобраться с демонами, аномалиями и прочей дрянью, чем можно было обработать. Если только...

Маханон выцепил взглядом строчку с упоминанием об аукционе редкостей — и усмехнулся.
Есть кое-что поважнее демонов, прямо сейчас разоряющих какое-то очередное фермерское подворье на землях случайного лорда.

"Миледи Эсмераль,

Я охотно поделюсь с вами знаниями, которыми обладаю. Однако полевая работа агента Инквизиции, не имеющего времени почивать на лаврах её достижений, может задержать меня в дороге, о чём я считаю нужным вас заблаговременно предупредить. Я приложу все возможные усилия, чтобы прибыть к вам в означенных первых числах, но прошу заранее простить меня, если появлюсь ближе к концу недели, поскольку не имею возможности предусмотреть все стечения обстоятельств и издержки неспокойных дорог.

До так или иначе неизбежной встречи,
агент исследовательского корпуса Инквизиции, Маханон Лавеллан."

Врать не хотелось, но приукрасить всё-таки пришлось. Может, и правда сыщется на аукционе какая-нибудь полезная для лабораторного препарирования вещица. А если нет, то... ну, он придумает, как выкрутиться и чем оправдать свои, вероятно, несколько опрометчивые и излишне смелые предположения. Так или иначе, с ним согласились, что коль скоро предлагают, стоит не брезговать и взглянуть — тем более что в конце недели к устью реки близ Вал Форэ отправляется запрошенный местным бароном отряд, а до Вал Карнака оттуда крюк всего в сутки езды.

К началу недели он и правда никак не успевал. Впрочем, нельзя было не признать, что и не собирался пытаться. Сатиналия в компании орлейской герцогини? Как-нибудь в другой раз; ему нужно совсем не это. Позволять считать помощь с аукционом благодарностью за оказанное гостеприимство Маханону не хотелось. Пусть уж его будет поменьше, гостеприимства этого, он не гордый — а путешествие, львиная доля которого прошла по Имперскому тракту, язык не поворачивался назвать утомительным: ночевать в палатках пришлось всего один раз. Убедив себя, что возглавляющий отряд без-пяти-лет пожилой, опытный маг за прошедшую неделю наслушался от него достаточно о тонкостях работы с разрывами и противостоянию воплощённым демонам, да и без того не был случайным дураком и не просто так оказался во главе-то, — в общем, ещё раз напомнив себе доверять талантам других не меньше, чем собственному, Маханон с легкими угрызениями совести отделился от отряда, уходившего вглубь золотящихся полей не затронутых войной пасторалей, и погнал лошадь дальше по стоящему уже тысячелетия мостово-арочному пути, некогда возведенному тевинтерцами.

В легких сумерках угасающего пятого дня умбралиса-первопада эльф, немного поплутав по незнакомому городу, спешился со своего гнедого ввиду ворот особняка де Жевинь и назвался стражникам, показав письмо и гербовую визитку. За почти двенадцать дней в дороге перспективы десятки раз обдуманной встречи уже перестали казаться такими интригующими — наверное, это было и к лучшему. Позволять себе излишнюю заинтересованность в делах знати, ведущей свою Игру — ход, насколько мог извлечь Лавеллан из прочитанных путеводителей по нравам, культуре и истории Орлея, заведомо неправильный. Любопытство затаилось под рёбрами и молчаливо ждало той встречи, что должна была быть, а не той, какую он не раз прокручивал в голове, воображая то так, то эдак...

+1

4

Свободных комнат в поместье было предостаточно, и после того, как получила ответ, Эсмераль провела не один день в раздумьях над тем, какую выделить гостю. Проектировщики старинного здания приложили немало усилий, чтобы владельцы могли продемонстрировать своё расположение или наоборот указать место, не оставив лишних надежд, одними лишь предложенными покоями. Строгий тон полученного письма порадовал грамотностью, с которой оно было написано, указывая на правильность сделанного выбора. Дикость печати на лице, острые уши и умение держать себя — с таким не стыдно будет появиться в обществе, особенно если придать его внешности немножко лоска и «причесать» на нужный манер. Главное не переусердствовать, диковинка должна и оставаться таковой. А значит и покои должны отражать глубину далеко идущих планов, но не бить прямо в лоб, оставляя место для интриги и загадки. Близко расположенные, но и достаточно далёкие. Две двери, смотрящие друг на друга с разных концов длинного коридора — то, что нужно в этом случае.

Комната, приготовленная для агента представляла собой идеальный баланс строгости и роскоши. Обставленная по последней моде, но сохранившая отпечаток старины в искусно высеченном из камня камине, украшенном ажурной кованной решёткой и древними статуэтками, собранными предками де Жевинь. Прямо по центру стояла массивная кровать, заправленная бордовым бархатным покрывалом, подбитым по краям темный тесьмой. В изголовье аккуратно лежало множество подушек, словно приготовленных не для одного, а нескольких человек, да и по ширине казалось ложе уместит минимум троих, а то и четверых эльфов, и вряд ли во сне они смогут упираться друг в друга коленями. Как и в спальне герцогини, окна в комнате, приготовленной для Лавеллана, выходили на подъездную аллею и занимали почти всё пространство на одной из стен, находясь на высоте чуть меньше метра от пола и доходя почти до самого потолка. Их украшала воздушная полупрозрачная занавеска, сотканная руками умелых орлесианских портних из шелковых нитей, обрамленная тяжелыми портьерами, которые слуги неизменно задергивали на ночь. Орнамент на этих дорогих занавесках был почти незаметен, но тем не менее при должном угле зрения и освещения являл собой замысловатый узор из расправившего крылья дракона, пикирующего на одинокого рыцаря. Не обделена комната была и письменным столом со всеми необходимыми принадлежностями, и комодом, стоящим у противоположной от камина стены, двумя мягкими, обитыми бархатом креслами и темным ковром из овечьей шерсти с цветочным орнаментом, постеленным таким образом, чтобы гость без труда мог прогуливаться по комнате босыми ногами даже в холодную зиму. Вся эта спальня демонстрировала если не расположение, то заботу о том, кто будет в ней находиться. В примыкавших комнатах располагалась уборная и гардеробная, в которой, впрочем, кроме бархатного халата и полотенец ничего не было, как и положено в гостевой комнате.

В отличие от городского особняка в Вал Руайо, поместье в Вал Карнаке являло собой основательность и надежность не только в грубом камне, из которого оно было сложено на века, но и в обстановке и декоре помещений. Предпочтение здесь отдавалось дереву, глубоким красным и коричневым тонам тканей, что, может быть и смотрелось несколько тяжеловато с летним зноем, зато в осеннюю непогоду обволакивало особым теплом и уютом.

Хозяйка дома была далеко не из тех женщин, что, получив письмо, будет проводить дни у окна в ожидании гостя. Её жизнь ничуть не изменилась, подчиненная совсем другим законам, и празднества по случаю Сатиналии с долийцем или без полностью завладели вниманием скучающей герцогини. Вот и сейчас её не было дома, и встречать агента, стражей проведённого через парадный порог дома, вышла служанка. Аделена присела перед ним в почтительном реверансе:

— Добрый вечер, сударь. К сожалению, госпожи сейчас нет дома, но у меня есть распоряжения на ваш счёт, — робко улыбнувшись, девушка посмотрела в глаза сородича, стараясь скрыть любопытство, которое вызвал черный валласлин на лице. Было ясно, что если она и встречала долийцев ранее, то очень нечасто. — Прошу вас, следуйте за мной. Я покажу вам дом и вашу комнату.

По широкой лестнице с зажженными на стенах свечами в латунных канделябрах Аделена провела гостя на второй этаж, попутно показав кабинет, к которому примыкала библиотека, от пола до потолка уставленная шкафами, полными книг.

— Госпожа сказала, что вас могут заинтересовать собранные здесь книги. Я распоряжусь зажечь в этой комнате камин на случай, если вы надумаете почитать, отдохнув с дороги. 

На этом же этаже располагались гостиная, обеденная зала и покои для незначительных гостей. Первый же этаж был полностью в распоряжении слуг — там находились их комнаты, кладовые, кухни, подсобные помещения. Спальни для важных персон и родни располагались подле хозяйских. Впрочем, об этом Аделена умолчала.

— Прошу вас, располагайтесь, — раскрыв перед гостем двери, Адель пропустила его внутрь приготовленной комнаты. — Я могу распорядиться приготовить для вас тёплую ванну и принести ваши вещи? — услужливо поинтересовалась она, зайдя в помещение лишь на два шага.

*****

Эсмераль вернулась часом позже, но не спешила обрадовать гостя своим обществом. Во-первых, ей самой нужна была передышка после устроенной графиней Шабо музыкальной гостиной, а во-вторых, она не хотела произвести впечатление непозволительно большой радости, и поэтому попросила Аделену передать гостю приглашение на поздний ужин. Хотя азарт и любопытство несомненно завладели умом герцогини, меж тем ей было чем скоротать время до назначенной встречи, чтобы ни что в облике не посмело выдать усталость.

В обеденную залу, Эсмераль спустилась только после гостя, о чем сообщили слуги. Её темно-зеленое пышное платье, скромное по меркам герцогини, с закрытыми плечами и аккуратным квадратным вырезом, украшенным чёрным кружевом и расшитым атласными нитями лифом шелестело при ходьбе так, словно Эсми осторожно ступала по сухой опавшей листве. Маска, которую она выбрала для вечера, не спеша обнажать перед долийцем лицо, не была ему знакома, но всеми необходимыми знаками утверждала кто именно предстал перед ним, в еле уловимом облаке духов с ароматом мяты, тонкой нитью искусно вплетенной в цветочный букет.

— Ах, сударь, надеюсь я не заставила вас слишком долго ждать, — лукаво сказала Эсмераль, подходя к агенту с легкой улыбкой на губах и изящно протягивая ему руку, — а если и так, то вы простите мне эту маленькую оплошность и позволите загладить часы вынужденного одиночества? — впрочем тон, с которым герцогиня произносила эти слова, ни в коей мере не был полон сожаления. Так говорила женщина, уверенная в том, что ждать её можно не только часами, но днями, неделями, может быть даже годами.

— Прошу вас, присаживайтесь, — стол был накрыт всего на две персоны, что не могло вызвать каких-либо затруднений с размещением гостя, но Эсмераль с интересом наблюдала за тем как Лавеллан себя поведёт. Впрочем слуга, словно слившийся с интерьером и безмолвной тенью стоявший поодаль, был готов к тому, чтобы помочь герцогине занять её место.

+1


Вы здесь » Dragon Age: final accord » Воспоминания прошлого » One step closer [Первопад 9:42]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC